– Пожалуй, я оставлю вас на некоторое время, госпожа моя, – вкрадчиво рассмеялась темнота – и ощущение присутствия Эр-Даарха исчезло.– Его послали боги. Не думаю, что кто-то из нас может отказаться от этой награды, – ответила негромко.Какие боги – ведь не так уж важно? В конце концов, мрачные боги – дети Микриса.– Мужчины рядом с вами, Кейрин, вызывают у меня острое желание оторвать им головы. Даже если они слегка сдохли до встречи со мной, – криво и невесело усмехнулся Тиарграт.– Как умной женщине – мне нужно молча возгордиться и промолчать. Как глупая, – не отдавая себе отчёт, начала я поглаживать гладкую на ощупь кожу, – скажу. Ревность действительно глупа и безосновательна. И у меня на нее прав куда больше, если уж на то пошло.– К Лавении не ревнуй, Кейрин, – выпустив изо рта струйку пара, сообщил некромант, – это глупо и безосновательно, – дразнит, череп кладбищенский! – эта женщина давно ничего для меня не значит. Я оставляю ей жизнь лишь не желая ссоры с ее братом. Пока оставляю. Глава Надзирающих будет мне должен, – довольно сообщил некромант, жмуря глаза, как кот.От ласки ли? От довольства собой?– И что дальше? Тиарграт? – Спросила негромко. Только не залюбуйся. И так ведь вьет чешуйчатая зараза гнездо в твоём сердце, Кейрин. Красив. Но завораживает не это. Сила. Харизма. Ум.– А дальше – мы доиграем нашу маленькую и приятную партию, Кейрин. Ты же готова вернуться в свой город?Тиарграт склонился надо мной. Хищное лицо, брови вразлет, тонкие светлые губы. Узкая щель зрачка подрагивает.– Готова или нет – раз нам нужно появиться там – я вернусь, – ответила спокойно. Настолько, насколько могла.В конце концов, божественные дела меня действительно не касаются. Всё, что мне нужно – это вернуться и отпустить призраков Эстаниоша.– Я думал сначала, что ты слаба, – мои ноздри ласкал едва уловимый запах хвои и огня, – что ты, – горячее дыхание коснулось щеки, – очередная тень. Сломанная, капризная, глупая. Оттам та ещё тварь. Но...На щеку легла другая ладонь, та, что стискивала плечо. Пальцы сжали кожу ощутимо, но не больно, как будто стараясь убедиться в моей реальности.– Но ты оказалась иной, Кейрин. Слабая? Да, пока да. Но в тебе есть стержень, – вы признали это, лорд некромант, неужто?– Тогда, может быть, вы найдете в себе силы сказать, на кого вы ставите наживку? Дурно иметь секреты от супруги. Обижусь – и испорчу вам... нет, не игру.  Но нагажу, как кошка в постель, – абсолютно грязно и непристойно заметила я, отбросив маску.– О, – выгнутая темная бровь. Густое покрывало ресниц, – вы меня интригуете, – шепот змеёй взвился у моих губ.– Вы меня... раздражаете, – шепчу и признаюсь, – я не из тех, кем можно играть, лорд Тиарграт. Я не равна вам – это верно. Но даже мышь может свалить мамонта. Дайте ей лишь правильную точку опору. Так говорил древний?Между нами нет воздуха, нет пространства, нет места. Только трескучие разряды силы и невысказанных эмоций.Я почти прижата к нему, я смотрю снизу вверх – должна бы – но не робею. Не могу.Перехватывает дыхание. Молнии бегут по коже, странное томительное ожидание прошивает сердце. И больно, и радостно, и сама себя не понимаю – и не хочу понимать.

– Пешка рвется в королевы... Знаете старинную игру маншах? Она пришла к нам...– С южного континента. Да, отец... вернее, лорд Дерришх любил играть в нее с гостями. На интерес. На услуги... Пешка вполне может стать королевой, мой лорд. Важно сделать правильный ход.– Я твой правильный ход, Кейрин. И единственный, – голодный жадный зверь рыком вырвался из его глаз.– На что вы нацелились, Тиарграт? Только ли на Эстаниоша? Или он связан и с вашими, – я неопределенно кивнула в сторону окна, – проблемами?– Умна и тактична. Идеальная леди Кейрин, – прохладный смешок. Но лицо некроманта как никогда серьезно, – ты должна понять – я не имею права рассказывать многое даже тебе. Ты пока...– Никто. Только жена. И та –  временная. – Закончила твердо. – Не дракон, человек. Не маг – только его личинка.– Ты хочешь возвыситься, Кейрин, – Тиарграт резко выпрямился, откинул голову – и с губ дракона сорвался нахальный жадный смешок. Как будто цепь лязгнула, – мне нравится это.– Я хотела бы знать правду, Тиарграт, – я тоже встала.Оправила порывисто юбку. Молчит. Так ничего и не сказал мне об истинности. Не подтвердил прямо, четко, словами возможной парности. Не сказал о наших... Осторожнее, Кейрин. Мы танцуем на хрупком мостике.– Не о ваших делах. О том, что будет дальше со мной и с вами. Я не прошу рассказывать мне про ваш заговор. Нет нужды. Но я хочу узнать больше про магию. Хочу обучаться – даже сейчас.Магия даёт свободу. Магия даёт независимость и силу. Я могу не стоять позади тебя – встать рядом.– Так и будет, – нахмурил тонкие брови дракон, - обещаю это. Как только мы закончим наши текущие дела, я обязательно выслушаю все, что бы вы ни пожелали мне сказать, Кейрин. И помогу вам всем, чем смогу.Он отстранился, нахмурился. Злится? И провожает задумчивым темным взглядом мои губы.А я ловлю вдруг отголосок-клубок эмоций. Странный, спутанный, тяжёлый как гранит. Он отдает какой-то стылой безнадегой.Заполошно забилось сердце, ладони вспотели, а в груди заворочался еж, раня иголками.Я что-то забыла.  Что-то очень важное, но вот что именно? Слишком быстро, слишком много событий!

– Ваши знакомые сейчас проживают в крепости. Женщина-кэрхе замещает кухарку, ее сын на подхвате, а дочь осмотрели целители. Но тут все непросто. Нужен ее отец. И мы с этим непременно разберемся, – нехорошо оскалился мужчина, – но немного позднее.– Она дождется? Ори? – Тихо уточнила.Топать и требовать что-то смысла не было. Он был прав. Во всем. Сначала долг – потом все остальное. Империя должна быть превыше всего, не так ли?– Дождется, – окончательно уйдя в себя кивнул супруг, – а мы через два дня отправляемся снова в Дардию. Пока готовься. Кей обещал скоро тебя навестить, – скупо улыбнулся мне, вылетая из комнаты.Как будто пытался что-то скрыть, бежал от чего-то. Мне показалось, что Тиарграт выпустил когти, впиваясь ими в ладони. Бросилась босиком за ним, приникла к захлопнувшейся двери, и...– Зачем же так мучиться, маленькая госпожа. Достаточно спросить меня – и я отвечу, – шелестом увядшей листвы под ногами ожег меня  голос полумертвеца. Ваэйр, не мигая, смотрел на меня пустыми глазами, в которых разгорался зеленый огонек силы.

– Ответишь – но сколько это будет стоить? – Спросила, ощущая, как тонко звякнула интуиция и зачесалась брачная змейка.– А плату эти мертвяки лю-юбят брать. Да все больше кровью магии да душами, – раздался дребезжащий голос, – ты, душенька, зря с ним связалась, жди теперь, целая стая этих прожор налетит!На меня смотрели серые подслеповатые глаза старика-одуванчика, смешной венчик светлых волос на темечке стоял дыбом, образуя лысину-солнышко.Старик был облачён в серую бесформенную хламиду, и все бы хорошо – да только сквозь него просвечивала комната.Призрак!Эр-Даарх скрестил руки на груди. На губах ваэйра мелькнула ухмылка. Он оскалился надменно и зло.– Не тебе меня учить, трус и отступник. Лишь твоя скорая смерть уберегла тебя много лет назад от казни и расправы, – сообщил он ровным голосом.– Чак-чак, не помешал? – Раздалось вежливое пощелкивание.Я круто развернулась, едва не упав. Юбка захлестнула ноги, и... только поэтому я не заорала в голос.Здесь. Сейчас. Прямо передо мной замер, склонившись в изысканной позе...Кажется это было похоже на птичий скелет, обтянутый сверху просвечивающей кожей.Тонкий острый красноватый клюв, пустая глазница, золотая окаемка на когтях, две голенастые мощные лапы, "хвостики" крыльев и гремящая косточка вместо хвоста.