Он проводил взглядом удаляющуюся по дорожке фигурку девушки, ощущая, как дракон медленно раздирает его внутренности в клочья, стремясь выглянуть наружу и покрасоваться.

Его не показали, им пренебрегли!

Им – грозным, невероятным, красивым, устрашающим созданием! Им – бушующим штормом, драгоценным Опалом в оправе клана!

Как его смеют не пускать к ней? К той, у кого нежный голос и мягкие руки. К той, что смотрит глубокими карими глазами, на дне которых мелькает колдовская искра. То золотая, то мшисто-зеленая.

К той, что разбудила в нем-человеке нечто поразительное.

Нет, он вовсе пока не желал обладать ею. Это не было любовью с первого взгляда. Но, когда она врезалась в него на балконе и ноздрей коснулся аромат берёзовых поленьев в костре, яблок и земляники – когти сжались сами собой.

Он нуждался в ней в этот момент. Как будто омертвевшее сердце встрепенулось и слабо дернулось.

Предыдущие девицы были просты. Понятны, глупы, омерзительны.

Они искали удовольствия и денег.

Он не хотел быть источником ни того, ни другого.

Страсть... без нее некроманты могли прожить.

Но сейчас было иначе.

Шея и плечо зудели, и ему необязательно было раздеваться, чтобы осознать – метка связи проявилась.

Магическая связь. Словно она была его парой. Словно это было реально.

Бред. Связь возникала при заключении сделок, при принесении клятв и нерушимых обязательствах. Ей необязательно было быть истинной.

Тиарграт никогда не был меценатом. Он не стремился творить добро всем нуждающимся. Он не желал, чтобы его понимали и не стремился объяснять свои поступки. В этом мире такие поведение сочли бы слабостью и безумием. Он не мог позволить себе быть слабым.Не мог. Но снова и снова хотел удержать в руках зыбкое ощущение девичьего тела, ее тепла, ее улыбки.Повел себя как юнец, только из гнезда выпавший. Правда какое-то безумие. Как можно жить с такой ядерной смесью чувств, которые разрывают тебя изнутри и заставляют поглупеть? Никогда а жизни он бы не посмел обидеть беззащитную женщину. А тут взялся ее проверять.Почему? Потому что поверить в истину было слишком... А ошибиться - ещё больнее.

Холодный промозглый воздух прочищал разум. У ближайшего фонаря к нему присоединилась стайка бабочек, Мертвых голов. Суеверные крестьяне, да и многие горожане, считали их вестниками смертей и несчастий.

Мерцающие фиолетовой искрой магии крылья и узор на них, напоминающий череп.

Романтика по-некромантски.

Ночью было спокойно. Ночью он мог не тратить время на людей вокруг. Мог не пытаться казаться тем, кем он никогда не был.

– Ах, какая же мрачная красота в этих маленьких людских подворотнях, – прошептал, издевательски улыбаясь себе под нос.

Носок сапога поддел камень – и тот канул во тьму без звука.

Девочка-девочка. Да и наплевать, что ты там утаила и что скрываешь о своей жизни. Я тебя любой приму.

Достаточно и того, что ты, девочка, поцелована Той Стороной и ее мрачными богами.

– Хватит прятаться, хранитель, я тебя прекрасно чую, – повысил он голос.

Тьма заволновалась, темная лужа магической пыли вспыхнула, пробежали круги – и из них важно появилась сначала одна мохнатая лапа с белым чулочком шерсти, потом вынырнула усатая лобастая голова, следом – вторая лапа, а уж потом все упитанное и весьма объемное тело манула. Лесного кота, нечисти колдовской и идеального фамильяра для женщины-некроманта.

Усатый нянь его нечаянной проблемы потоптался на маленьком квадрате света от фонаря. Зевнул, показывая острые зубы. Потянулся, демонстрируя, как мягко появляются и исчезают страшные когти в подушечках на лапках.

Тень дракона презрительно колыхнулась и зашипела, поворачивая шею.

Мол, мы гораздо страшнее.

– Нравится моя девочка? Самое доррогое отдаю яще-ур. Судьба ее с твоей крепко-у связанау...

– Что ты можешь знать? Нечисть, не тебе со мной тягаться. Но леди ничего не угрожает в моем обществе. Мы оба – выгодная партия друг для друга. Спасение друг друга. Можно сказать и так, - обронил уже более задумчиво.

Сказал – и вдруг понял. Осознал то, что скреблось на задворках памяти. Одним росчерком он сможет выполнить волю Владыки. Если леди окажется именно такой, какой показала себя. Если она так нравится его зверю.

Если он снова и снова хочет вопреки всему ощутить вкус ее нежных дерзких губ на своих губах. – Я женюсь на твоей маленькой некромантке, зверь. Мы не бросаем своих. Маги смерти ценны для этого мира. Мы с братьями по Ордену поможем ей познать суть ее магии, – ответил, ощущая умиротворение и спокойствие от принятого решения.

Он все сделал правильно.