Пока мы пропадаем на службе, она ответственно учится усмирять свою необычную магию, этикету, танцам и другим дисциплинам, которые навязал Барроуз. Моя пара не отказалась от идеи учиться в академии. И активно готовится к поступлению.

— Вон они, — замечает Рад и вскидывает выше голову, сжимая за спиной кулаки. Он тоже волнуется, но, в отличие от меня, умеет держать себя в узде.

Разворачиваюсь к подъездной дорожке. Вытягиваюсь, смотря на открытую карету, в которой сидит прекрасная невеста. В платье жемчужного цвета, украшенном тысячами бриллиантов. Вместо тяжёлого покрова на ней лёгкая, тонкая, прозрачная вуаль. Кажется, она специально выбрала такой покров, чтобы я знал, кто под ним прячется, и больше не перепутал. Но я её узнаю среди миллионов с закрытыми глазами. И больше никогда не потеряю.

Карета останавливается прямо перед нами. Мы с братом синхронно шагаем к нашей невесте и протягиваем руки. Алиса нервничает. Её прохладные дрожащие пальцы утопают в наших с Радгаром ладонях.

— Простите за опоздание, я случайно развеяла карету правителя, — лепечет моя прелестная невеста. — Барроузу пришлось спешно искать новую. Надеюсь, Эйвар не сильно будет гневаться.

— Уверен, правитель переживёт такую потерю, — усмехается Радгар.

Мы разворачиваемся к раскрытым настежь дверям собора. Алиса берёт нас с братом под локти и послушно следует за нами туда, где горит ритуальный круг.

При нашем появлении многочисленные гости поднимаются со своих мест и встречают нас. Алиса смущается и нервничает, чувствую её волнение и страх.

Чем ближе мы подходим к алтарю, тем громче голоса сотен драконов сливаются в мощный гортанный гимн, от которого вибрируют стены собора. Мы останавливаемся возле ступеней круга. Тень епископа Валериуса падает на нас. Нараспев, рычаще гремит его голос. Он взывает к богам нашего мира. Алиса заворожённо смотрит на тень драконьей головы, что нависает прямо над нами.

— В этот час под сенью Великого Дракона-Прародителя мы собрались, чтобы скрепить узы, неподвластные времени и крови. Готовы ли вы принять обет вечной верности и любви? Беречь и защищать ваше Сердце?

— Да, — твёрдо отвечаем мы с Радгаром.

Над головой Алисы появляется огненный венок. Плавно опустившись на неё, он сжигает вуаль, открывая бледное лицо невесты.

— Я объявляю вас единым целым перед лицом смертных и бессмертных. Да будет ваш союз крепок, а путь освещён пламенем!

Зал взрывается аплодисментами. Тень дракона пропадает, ритуальный круг вспыхивает ярче. Сжимаю холодные пальцы женщины и поднимаюсь по ступеням.

— Всё хорошо, малышка, — шепчу я, чувствуя напряжение Алисы.

— Да, просто… А этот ритуал не опасен… для… для нас, то есть меня? — тараторит она, сбиваясь с шага и останавливаясь на последней ступеньке.

— Родная, ты просто войдёшь в огненный круг.

— Вот именно. Огонь, знаешь ли, убивает. А мне, как никогда раньше, умирать не хочется. Особенно сейчас, — шепчет Алиса, и опять из её пальцев выходят тонкой струйкой магические нити.

— Ты не умрёшь. Мы вместе перешагнём через огненный круг. И всё. Мы же тебе рассказывали процесс драконьего обряда, — отвечаю я, недоумевая, с чего вдруг женщина так переживает.

— Что-то случилось, Алиса? Тебе нехорошо? — напрягается Радгар, стирает капли пота с висков.

— Мне? Хорошо. Я…

— Вы чего там встали? — рявкает шёпотом нетерпеливый правитель. — Долго ещё я буду поддерживать огонь?

— Простите, Ваше Величество, — дёрнувшись, поворачивает голову Алиса. — Мы уже идём.

— Вот и идите, — ворчит Эйвар, посылая своё пламя на ритуальный круг.

Прямо у границы невеста вновь останавливается. Стискивает с силой рукав камзола.

— Подождите, мне нужно сказать, прежде чем…

— Что сказать? — хмурится Радгар.

— Я беременна! Двойней! Вы оба скоро станете отцами! — выпаливает Алиса и, зажмурившись, ныряет в огонь.

— Что пишет Его Златокрылое Величество? — в кабинет вальяжно заходит Никлаус. Падает в свободное кресло и вытягивает ноги.

— Летит в гости, — отвечаю, скручивая обратно свиток от правителя. — Считает, что наш отпуск затянулся и нам непременно нужно вернуться в строй, пока он не потерял окончательно терпение и не казнил нас.

— Сурово, — цокает младший, смотря в окно. — Хотя я не понимаю вашу любовь к этому замку.

Три месяца назад мы вернулись в Дерм. В наш замок на краю утёса. Туда, где всё началось. Алиса захотела родить здесь, а я не смог отказать жене. Да и за год одиночества отвык от высшего общества и шума мегаполиса.