— Пятнадцать лет вам лгали, — Доминик обнял её. — И я проведу всю оставшуюся жизнь, доказывая, что они лгали.

— Вы — магиня, победившая систему, — Доминик шагнул следом. — Вы — женщина, которая не сдалась, когда все ставили на её провал. Вы — единственная, кто смотрит на меня и видит не лорда, не дракона, не деньги. Видит Доминика.

Марина покачала головой.

— Я не понимаю. Почему я? Почему не какая-нибудь красавица-аристократка?

— Потому что душа не выбирает по титулам, — Доминик взял её руку. — Она выбирает по сути. Вы — моя суть, Марина. Моё отражение. Моя вторая половина.

Марина смотрела на их сплетённые пальцы.

— А если я не готова? Если мне страшно?

— Мне тоже страшно, — Доминик сжал её руку. — Очень долгое время я был один. Я не знаю, как быть с кем-то. Как открыться. Как любить.

— Любить? — Марина подняла взгляд.

— Да, — он притянул её ближе. — Я влюблён в вас, Марина. С того самого дня, когда вы назвали меня хамом и ушли с поднятой головой. Я влюблён в вашу силу. В вашу злость. В то, как вы превращаете руины в дом. В то, как вы смеётесь. В то, как пахнут ваши волосы мёдом и хлебом.

Слёзы навернулись на глаза.

— Доминик...

— Вы можете отказать, — он говорил быстро, отчаянно. — Можете сказать, что я для вас ничего не значу. Я приму это. Отступлю. Но сначала я должен был сказать правду. Вы заслужили знать.

Марина смотрела на него. На золотые глаза, полные надежды и страха. На лицо, обычно такое холодное, а теперь открытое, уязвимое.

— А что чувствую я? — спросила она тихо. — Это важно?

— Это самое важное.

Марина глубоко вдохнула.

— Я... я не знаю, что чувствую. Месяц назад меня пыталась убить любовница мужа, который разбил моё сердце. Я поклялась себе — больше никогда. Больше никакой любви. Только я. Только свобода.

Доминик кивнул, отпуская её руку.

— Понимаю.

— Подожди, — Марина поймала его ладонь. — Я ещё не закончила.

Она шагнула ближе.

— Я поклялась, что больше не буду ни от кого зависеть. Что построю свою жизнь сама. И я построила. Я выиграла. Я свободна.

— Да.

— Но свобода... она одинокая, — Марина улыбнулась слабо. — Каждый вечер я сижу в своём доме. Чистом, красивом, моём. И мне... пусто. Я думаю о тебе. О том, как ты смотришь. Как защищаешь. Как приносишь плащи и еду, делая вид, что тебе всё равно.

Что-то вспыхнуло в золотых глазах.

— Марина...

— Я не готова к любви, — сказала она честно. — Не сейчас. Мне нужно время. Залечить раны. Понять, кто я теперь.

— Сколько времени?

— Не знаю. Может, месяц. Может, год.

Доминик молчал. Потом кивнул.

— Я подожду.

— Правда?

— Я ждал десятилетия, — он улыбнулся. — Год — ерунда.

Марина рассмеялась сквозь слёзы.

— Но, — она шагнула ближе, положила руку ему на грудь, — я не против... дружбы. Узнать тебя лучше. Проводить время вместе. Без обязательств. Просто... быть рядом.

Доминик накрыл её руку своей.

— Дружба, — повторил он. — Я могу с этим жить.

— И никакого давления. Никаких «ты моя Истинная Пара, будь со мной».

— Обещаю.

— И ты не будешь пугать моих гостей драконьим рычанием.

Доминик усмехнулся.

— Постараюсь.

Марина посмотрела ему в глаза. Тёплые, золотые, полные надежды.

И поднялась на цыпочки.

Коснулась губами его губ. Лёгкий, быстрый поцелуй.

Отстранилась.

— Это за честность, — прошептала она.

Доминик стоял неподвижно. Глаза широко распахнуты.

Потом медленно улыбнулся. Настоящей, широкой улыбкой.

— Если за честность такие награды, я буду честен всегда.

Марина рассмеялась.

Внутри Доминика дракон ликовал.

ОНА ПОЦЕЛОВАЛА НАС! ОНА ЧУВСТВУЕТ! ОНА НАША!

«Успокойся. Она попросила времени».

НО ОНА НЕ ОТКАЗАЛА.

«Нет. Не отказала».

ЭТОГО ДОСТАТОЧНО.

Доминик посмотрел на Марину. Она стояла, прислонившись к перилам, улыбаясь луне.