Разделавшись со скучными вопросами, Максим принялся рассказывать о полученных эмоциях. Олимпиада – невероятный стресс. Долгий перелёт, пересадка, смена часовых поясов, усиленные тренировки, постоянный строгий надзор, бесконечные проверки… Всё это невероятно выматывало. Он устал, поэтому долго не верил, одержав победу. Ходил и спрашивал у Ильи: “Это правда?” Тот смеялся, звал ребят и его подбрасывали в воздух, снова и снова поздравляя с победой.

– Так хотел, чтобы ты была рядом. Будто если бы ты тоже видела это своими глазами, то всё было более реальным. Пока тебя не увидел, не верил, что произошло. Боялся, что пока я там, ты сбежишь или решишь, что всё было ошибкой, что мы не пара или ещё что-нибудь, с чем я не справлюсь дистанционно. В общем, безумно нанервничался. Ева, я так рад, ты не представляешь!

Я с грустной улыбкой слушала, поглаживая его по голове. Стало стыдно. Ему не так страшно было играть, как то, что я могла уйти. Это плохо. Наши отношения – последнее, о чём стоит думать во время ответственных событий.

Он только вернулся с игр, а уже переживал о чемпионате мира. И опять из-за того, что я туда не поеду. Что снова останусь одна в городе, ещё и во время учёбы, осенью, перед самым днём рождения. Ему хотелось превзойти все ожидания, но у него не получалось сосредоточиться на этом из-за меня. Я боялась, что нервная система не выдержит, пыталась успокоить и отвлечь его. Ведь всё это очень серьёзно. Слишком серьёзно, чтобы нести в одиночку такой груз ответственности.

Максим уснул у меня на груди, обхватив обеими руками. Я старалась не шевелиться, поэтому уснула вместе с ним, прислушиваясь к мерному дыханию. К сожалению, долго поспать не получилось. Дурацкая Алиса разбудила нас через час. И когда он только успел дать задачку этому адскому отродью? Я ведь отключила её, стоило ему переступить порог.

– Почему так мало? – протянула я недовольно, утыкаясь носом в макушку, всё ещё покоящуюся на моём плече.

Не понимала, зачем просыпаться так рано. Он сильно устал, да и мы оба здорово нанервничались. Разумеется, я в меньшей степени. Изначально мы не обговаривали, что куда-то пойдём, поэтому я совсем не ждала подвоха от подлого голосового помощника.

– Нужно съездить к родителям. – Максим зевнул, перекладываясь на мне поудобнее. – Они устраивают семейный ужин после каждого моего возвращения. Как бы мне ни не хотелось отказать, всё же своих результатов я добился исключительно благодаря им.

Это можно понять. Жалко только, что, по сути, сразу после приезда домой. Погладила по волосам, переживая, что снова останусь одна в квартире. Надо ещё решить, когда позвать моих на ужин.

– Понимаю. Долго тебя не будет? – Я пыталась скрыть, что расстроилась. Получилось плохо. Пока ещё не была готова расстаться с ним надолго. Надеялась, что на всё про всё уйдёт не больше пяти часов. Или что он хотя бы вернётся домой ночевать.

– Меня не будет? Нас. Ты со мной едешь. – Он приподнялся на локте, заглядывая мне в глаза.

– Что?! – вскрикнула я, мгновенно подскакивая с кровати. Это не то же самое, что зайти к моим попить чай вечером.

– Подумаешь, пара часов неловкости. – Максим поймал меня за руку. – Зато проведём время вместе, покажу свою комнату, в которой толком не жил. Ты спрашивала про награды, они все там. Заодно посмотришь, с кем встречаешься на самом деле. И эти тоже там останутся. – Он кивнул на тумбочку, где лежала олимпийская бронза. – Тебя там никто не обидит, я не позволю, если ты переживаешь об этом.

Смотрела на него неверяще. Негодяй! Промолчал! О таком! Просто поставил перед фактом! Какой ужас! Что с этим делать? Как избежать? Перспектива провести несколько часов в кругу его семьи походила на наказание. Если там на меня будут смотреть также, как тренер, не выдержу и точно сбегу.

– Я не поеду! – Изо всех сил пыталась вырваться из стальной хватки, пока он даже видимости напряжения не создавал. – Я им всем не нравлюсь, потому что отвлекаю от важного. По-любому скажут, что если бы не я, то было бы серебро или, вообще, золото! Да я умру от ядовитых очень вежливых улыбок! Я же помню, что говорила твоя мама. И тренер то же самое тебе говорил. Уверена, он регулярно тебе это повторяет, просто ты не рассказываешь мне об этом!

Максим повалил меня на кровать и навис сверху, засыпая поцелуями. Я неуспешно уворачивалась, не в силах справиться с поцелуйной атакой. Почувствовала, как резинка трусов покинула своё законное место. Я забрыкалась активнее, понимая, что у меня сейчас будут выбивать согласие запрещённым способом.

– Я буду целовать тебя везде, пока не согласишься. Оставлю засос, если будешь слишком сильно сопротивляться, – выдал он угрозу, заметив моё негодование. – А потом мы всё равно поедем вместе, только у тебя ещё будет синяк на шее. Тоналкой-то ты не пользуешься, замазать будет нечем.

– Нет, нет, пожалуйста! Это грязный приём! – Отпихивала его голову от себя, как могла. – Эй, хватит!