- Не пущу! - рычал я, наступая на нее, прижимая к стене. Какая-то дикая, животно-самоцовая энергия внутри вдруг родилась. Я хотел ее зверски. Мне казалось, если я сейчас это сделаю, то все выправится. Он трахал ее уже? Проклятый Марк! - Ты моя жена! У нас семья! У нас дети! И я никому тебя не отдам! Ни Марку, никому! Ты слышишь? Я твой муж! Законный! Это мой дом, там рядом спят мои дети! И я не позволю какому-то…

Она плюнула мне в лицо.

Я опешил. На секунду ослабил хватку. Этого хватило. Она вырвалась, отскочила, и в ее руке блеснуло лезвие. Маленький перочинный ножик, который всегда лежал на тумбочке в прихожей - я сам когда-то купил его, чтобы вскрывать посылки.

- Не подходи, - выдохнула она, выставив нож перед собой. - Не подходи, Илья. Я серьезно.

- Аня, ты с ума сошла? - я шагнул к ней, не веря, что это происходит. - Убери! Я тебя не узнаю… Ты ведь не такая была! Между нами было все не так…

- А я тебя тоже не узнаю, Илья! Более того, я тебя, оказывается, вовсе и не знала… - Не подходи! - закричала она еще громче. Она не шутила сейчас.... - Ты уже убил меня! Ты убил ту женщину, которая тебя любила! Которую ты предал! Меня больше нет, Илья! И тебя здесь быть не должно! Нас больше нет!

- Я хочу поговорить с детьми, - сказал я, пытаясь взять себя в руки, сменить тактику. - Я имею право их видеть. Я их отец. Они должны знать, что я жив! Суд мне это право даст.

- Суд? - она рассмеялась, и смех был истерический, на грани. - Ты хочешь идти в суд? Ты, официально мертвый? Ты, чье исчезновение признано законно? Как ты оправдаешь то, что тебя не было на борту? Я страховку за тебя получила, Илюша… Дети, думаешь, примут тебя с распростертыми объятиями?! Ты, кто бросил семью и появился через полтора года? Да тебя никто слушать не станет! Ты для всех - призрак!

Она была права. Черт возьми, она была права во всем. Юридически я - никто. Человек без документов, без имени, без прошлого. Марк позаботился… Любое телодвижение- проблемы с законом…

- Но я могу восстановить все, - упрямо сказал я, делая еще шаг, прощупывая ее гнев, - Я докажу, что я - это я. Что я жив. Что я…

- Не подходи! - она взмахнула ножом, и лезвие полоснуло меня по руке, которую я выставил инстинктивно. Неглубоко, но больно. Кровь выступила темными каплями.

- Аня! - зарычал я от боли и отчаяния. - Остановись!

- Уходи, - сказала она тихо, глядя на кровь на лезвии расширенными глазами. - Уходи, Илья. Пожалуйста. Уходи, пока я не позвонила в полицию. Уходи, пока я не закричала по-настоящему. Уходи и никогда не приближайся к моим детям.

- К нашим…

- К моим! - перебила она, и в голосе зазвенела сталь. - Ты сам отказался от них. Ты сам выбрал другую жизнь. Теперь живи в ней. А нас оставь в покое. Мы уже похоронили тебя один раз. Второй раз не переживем.

- Отошел от нее,- раздался позади грозный мужской рык.

Хорошо мне знакомый.

Ненавистный.

Рык соперника.

Я развернулся и вперился полными ярости и ненависти глазами в Марка, стоящего сейчас в дверях.

Глава 17

Глава 17

ИЛЬЯ

Марк стоял в дверях кухни. Огромный, как скала, в темной куртке, с лицом, высеченным из гранита. В руке он сжимал ключи от машины - видимо, ворвался без стука. Тварь, ключи от моего дома!!! Глаза горели холодным, расчетливым бешенством. Никакой растерянности. Никакого удивления. Он знал, что я здесь. Он ждал этого.

- Отошел от нее, - повторил он, и голос его прозвучал как удар грома в тишине кухни. - Быстро.

Я не отошел. Я, наоборот, шагнул вперед, заслоняя Аню собой. Дурацкий, ненужный жест - она сама только что чуть не полоснула меня ножом. Но в присутствии этого человека, этого Иуды, у меня включились древние, животные инстинкты. Самка моя. Территория моя. Не отдам…

- А то что? - усмехнулся я. - Вызовешь полицию? Расскажешь им, как помогал мне сбежать? Как покрывал меня полтора года? Думаешь, они не захотят узнать, куда делись деньги с наших общих счетов, Марк? Или как ты авиакомпанию подкупил, чтобы они меня записали к списку пропавших без вести?

Он даже не моргнул.

- Деньги? - переспросил он, делая шаг вперед. - Ты про те деньги, которые сам снял перед «гибелью»? Про те, которые ты спустил на свою дешевую шлюху и билеты в один конец? У меня все чеки, Илья. Все переводы. Ты думал, я идиот? Я подстраховался.

Аня за моей спиной не двигалась. Я слышал только ее дыхание - частое, рваное. Она сжимала нож, и я не знал, против кого она его направит в следующую секунду.

- Ты подстраховался? - я рассмеялся. Смех вышел злым, истеричным. - Ты просто спланировал все с самого начала! Ты ждал момента, когда я сорвусь! Ты подталкивал меня к этому краю, Марк! Я помню твои слова – «ты имеешь право на счастье», «иногда нужно все бросить», «я прикрою». Ты не прикрывал! Ты расчищал себе дорогу!

Марк усмехнулся. Спокойно, уверенно. Как будто я был тараканом, который вздумал спорить с человеком.