Он вывел меня из ванной, усадил на диван. Сам сел рядом, не выпуская моей руки.

— Прости, — сказал он. — Я должен был предупредить тебя. Я как-то не подумал...

— Не подумал? — Я подняла на него глаза. Во рту пересохло, голос звучал хрипло. — Ты не подумал, что я могу зайти в ванную и увидеть, что у тебя нет отражения?

— Я не думал, что это так важно. — Он пожал плечами. — Для меня это часть жизни. Я привык.

— А для меня — нет! — Я высвободила руку. — Игорь, это... это жутко. Понимаешь? Жутко!

— Знаю. — Он кивнул. — Весь наш мир жуткий для обычных людей. Я пытался тебя подготовить.

— Подготовить? Ты скрывал! Ты не говорил мне самого главного!

— Я говорил тебе, что я вампир.

— Но не говорил, что у вампиров нет отражений! Не говорил, что вы невидимы для зеркал! Не говорил, что я могу зайти в ванную и увидеть пустоту за своей спиной, когда ты стоишь рядом!

Я дрожала. Не от холода — от шока. От того, что только что пережила.

— Юля, — тихо сказал он. — Посмотри на меня.

Я подняла глаза.

— Я здесь, — сказал он. — Я реален. Я люблю тебя. Отражение в зеркале — это просто оптический обман. Физика. Серебро на стекле не отражает нас, потому что... потому что такова наша природа. Но это не значит, что меня нет.

— Я знаю, что ты есть, — прошептала я. — Я чувствую тебя. Но видеть это...

— Страшно?

— Да. — Я честно призналась. — Страшно.

Он кивнул. Погладил мои пальцы.

— Это нормально. Это пройдет.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я видел это много раз. — В его глазах мелькнула боль. — Люди, которые узнавали правду, сначала пугались. Потом привыкали. Потом переставали замечать.

— А потом?

— А потом уходили. — Он отвел взгляд. — Потому что жить с монстром невозможно.

— Ты не монстр.

— Я монстр, Юля. Просто ты пока этого не видишь.

Я смотрела на него и чувствовала, как страх отступает. На его место приходит что-то другое. Любовь? Принятие? Понимание?

— Покажи, — сказала я.

— Что?

— Покажи, как это работает. Подойди к зеркалу. Я хочу увидеть.

Он замер.

— Ты уверена?

— Да.

Он встал, подошел к двери в ванную. Я пошла за ним, остановилась на пороге. Он шагнул внутрь, встал перед зеркалом.

Я смотрела в отражение. Там была только я. Испуганная, бледная, с огромными глазами. А рядом — пустота. Хотя он стоял в полуметре от меня.

— Видишь? — спросил он тихо.

— Вижу.

— Страшно?

Я подумала.

— Уже нет.

Он обернулся. В его глазах мелькнуло удивление.

— Правда?

— Правда. — Я шагнула к нему, взяла за руку. — Это просто... необычно. Непривычно. Но ты есть. Я чувствую тебя. Это главное.

Он прижал меня к себе.

— Ты невероятная, — прошептал он. — Самая невероятная женщина на свете.

— Я знаю, — улыбнулась я.

Мы вышли из ванной, вернулись на диван. Я пила уже четвертую чашку кофе, а он рассказывал.

О том, как работает их физика. Почему нет отражений. Почему они не видны на фотографиях (старых, пленочных — цифра иногда их ловит). Почему серебро для них яд. Почему святая вода не обжигает (это миф), а вот осиновый кол в сердце — действительно смертелен.

Я слушала и понимала, что вхожу в новый мир. Мир, где законы физики работают иначе. Мир, где любовь возможна между человеком и вампиром.

— Ты не устала? — спросил он. — От всего этого?

— Нет, — честно ответила я. — Мне интересно. Я хочу знать все.

— Все? — Он усмехнулся. — Я живу двести лет. Рассказывать буду до утра.

— У нас много ночей впереди.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

— Да, — сказал он тихо. — Надеюсь, очень много.

За окном начало светать.

— Тебе пора, — сказал он.

— Знаю. — Я встала, потянулась. — Игорь... Спасибо.

— За что?

— За правду. За то, что не скрываешь.

— Я скрывал, — возразил он.

— Но больше не будешь?

— Не буду. — Он поцеловал меня в лоб. — Обещаю.

Я вышла в коридор, села в лифт. Всю дорогу домой думала о зеркале. О пустоте там, где должен быть он. О том, что это не сделало его менее реальным.

Дома я подошла к своему зеркалу. Посмотрела на свое отражение. Улыбнулась.

— Привыкай, — сказала я себе. — Теперь это твоя жизнь.

И уснула с улыбкой.

Ночь. Пятница.

Я сидела в кабинете Игоря и чувствовала себя странно. Весь вечер мы провели как обычно — разговаривали, слушали музыку, пили кофе (я пила, он делал вид). Но что-то было не так. Какая-то тень витала в воздухе, какое-то напряжение, которого я раньше не замечала.