— Но я помню Каэля, — прошептала я.

— Каэль? Вымышленный персонаж из книги, которую ты читала. Забудь. Это был сон.

Я смотрела на нее, на себя и чувствовала, как внутри разливается пустота. Неужели это правда? Неужели все, что я пережила, было лишь плодом моего воображения? Замок, заговор, дракон, его поцелуи... Это не могло быть сном! Слишком ярко, слишком больно, слишком реально.

— Нет, — сказала я твердо. — Ты не настоящая. Ты — мой страх. Страх того, что я променяла реальную жизнь на выдумку. Но та жизнь была пустой. У меня не было любви. А здесь — есть.

— А если ты ошибаешься? Если тот мир уничтожит тебя?

— Пусть. Лучше сгореть в огне дракона, чем замерзнуть в одиночестве.

Видение Марины улыбнулось — грустно, но с пониманием. И исчезло.

Вода вокруг меня забурлила. Холод сменился теплом и я почувствовала, как что-то внутри меня расправляется, словно крылья. Я вынырнула из бассейна, жадно хватая ртом воздух. Рядом, в черной воде, Каэль открыл глаза.

Он тоже вернулся.

— Я видел своего отца, — хрипло сказал он. — Он говорил, что я опозорю род, если подчинюсь истинной паре. Что любовь сделает меня слабым. Я ответил, что без тебя я уже слаб. А с тобой... с тобой я готов принять любую судьбу.

Мы выбрались из бассейнов одновременно. Мокрая рубаха облепила его плечи и я увидела сеть серебристых шрамов на груди — следы войны, которую он носил под маской лорда. Капли воды стекали по его вискам и в дрожащем свете кристаллов он казался не человеком — духом гор. Древним. Сильным. Опасным. И взгляд, которым он смотрел на меня, не оставлял сомнений, он больше не будет ждать.

Хранительница отступила в тень и голос ее донесся словно издалека:

— У вас есть время до рассвета. Алтарь ждет, когда будете готовы.

Она исчезла в полумраке, оставив нас одних.

Тишина грота изменилась — стала густой, как воздух перед грозой. Я слышала стук его сердца — тяжелый, размеренный и собственное сердце отвечало ему, сбиваясь с ритма. Связь пульсировала между нами, требовала большего, чем слова.

Каэль шагнул ко мне. Медленно. Хищно. Так словно давал мне шанс отступить, но знал, я не отступлю.

— Ты дрожишь, — произнес он низко и голос его вибрировал где-то глубоко в моей груди.

— Это не от холода, — выдохнула я.

Он не ответил. Протянул руку и пальцем поддел край моей рубашки — мокрой, прилипшей к плечу. Движение было ленивым, почти небрежным, но от него по телу пробежала дрожь совсем иного рода. Ткань соскользнула вниз, обнажая ключицу, плечо.

Глава 15

— Я видел тебя там, в своем видении, — его глаза вспыхнули золотом. — Ты умирала в чужом мире, а я стоял и ничего не мог сделать. — Он говорил тихо, но в голосе клокотала ярость, которую он больше не пытался скрыть. — Я думал, что сойду с ума. А потом ты открыла глаза и я понял, больше никогда. Ты моя. И я больше никому не позволю тебя отнять.

— Я здесь, — прошептала. — Настоящая. Твоя.

— Да. — Его ладонь легла на мой затылок, пальцы зарылись в мокрые волосы и сжали — не больно, но властно, заставляя поднять голову. — Ты моя.

Он притянул меня к себе и накрыл мои губы поцелуем — жестким, требовательным. Это не был вопрос. Это был приказ. Его язык скользнул в мой рот и я ответила, потому что не могла иначе, потому что каждая клеточка моего тела отзывалась на его власть. Он целовал меня жадно, глубоко, а второй рукой скользнул по моей спине, прижимая ближе, словно хотел впечатать в себя.

— Слишком долго я сдерживался, — прорычал он, отрываясь от моих губ и прокладывая дорожку поцелуев по шее. — Слишком долго заставлял дракона молчать. А ты... — Его зубы царапнули кожу и я вскрикнула. — Ты пахнешь так, что я теряю разум. Мята и мед. Мой личный яд.

Он стянул с меня остатки рубашки одним движением — резким, нетерпеливым. Ткань упала к ногам и я осталась обнаженной в мерцающем свете грота. Он не дал мне смутиться, не дал прикрыться, перехватил запястья и завел их за спину, удерживая одной рукой. Другой провел по моей груди, животу, бедрам — медленно, изучающе, словно запоминал каждую линию.

— Ты прекрасна, — произнес он низко и в голосе прозвучало собственническое удовлетворение. — Я знал это с первой секунды. Знал и ненавидел тебя за это. За то, что ты делаешь со мной. За то, что заставляешь чувствовать.

— Каэль... — его имя сорвалось с губ стоном, когда его пальцы скользнули ниже, по моему животу.

— Скажи, что ты моя, — потребовал он, и его дыхание обожгло ухо.

— Я твоя, — выдохнула я, теряя связь с реальностью. — Только твоя. Всегда.