- Да ну вас, - Матвей бросил на стол смятую салфетку, давая понять, что больше не хочет говорить.

- У меня тоже ситуёвина…. - грустно говорю. Не то чтобы я хочу пожаловаться на жизнь, но тяжело носить все в себе. - От меня беременны две девушки.

Женя давится пивом, Костя выплевывает его обратно в стакан, а Матвей замирает с поднесённым ко рту кольцом кальмара.

- Что?! - восклицают втроем одновременно.

- От меня беременны две девушки, - повторяю.

Друзья в шоке замолкают.

- Это как?! - Матвей первый прерывает долгое молчание за столом.

- Ну, с одной запланированно, со второй нет….

- В смысле запланированно? - удивляется Женя. - У тебя разве есть постоянные отношения?

- Нет. Это Таня. Мы с ней решили родить совместного ребёнка.

Матвей и Женя поверхностно знают Таню, поскольку в студенчестве она иногда приходила на наши тусовки. Костя один или два раза тоже ее видел.

- Зачем?

- Ну, мы взрослые люди и захотели ребёнка. Что вас удивляет?

- Всё.

- Так у Тани же кто-то был, - вспоминает Костя.

Ах, как же я забыл, что Костян к ней подкатывал. Но Таня тогда уже встречалась с Захаром, поэтому дала Косте от ворот поворот.

- Она рассталась с ним.

- Да? - удивляется. - А почему ты мне об этом раньше не сказал?

В груди вспыхивает неприятное чувство. Оно быстро разрастается по всему телу, начинает пожирать меня. Это… ревность?

- А тебе зачем? - спрашиваю с претензией.

- Между мной и Таней пробежала искра, но она тогда была в отношениях, так что у нас не сложилось. Но раз теперь она свободна…

- Никакой искры между вам не было! - перебиваю. - И Таня не свободна. Она ждет ребёнка от меня.

Костя недовольно цокает.

- Опять я опоздал, - с сожалением.

- А вторая кто? - влезает в нашу с Костей перепалку Женя.

Вздыхаю.

- Помнишь, у нас в больнице работала медсестра, Илона?

Женя прищуривается, вспоминая.

- Сисястая брюнетка?

- Да.

- Помню, - пару секунд таращится на меня. - Ты что, мутил с ней?!

- После того, как она уволилась, - спешу оправдаться перед начальником. Женя не поддерживает служебные романы, хотя среди врачей они очень распространены. Считает, что отношения на работе мешают трудовому процессу. В принципе, я согласен, поэтому никогда не вступал в связи с женщинами-коллегами по больнице.

- Так-так, это интересно. И как же ты умудрился с двумя одновременно?

- С Таней мы планировали, а Илона проколола презервативы, чтобы специально от меня забеременеть. Думала, так я на ней женюсь.

Женя присвистывает.

- И правда ситуёвина. Что думаешь делать? Правда, что ли, женишься?

Не успеваю ответить, как Костя перебивает:

- Серёг, не вздумай жениться на такой бабе. Она будет хуже матвеевской Юли.

- Что значит хуже моей Юли? - тут же щетинится Матвей. - При чем тут вообще моя Юля?

- А чего это ты уже называешь ее «моя»?

Матвей осекается.

- Я не собираюсь жениться на Илоне, - вступаю в разговор, пока Костя и Матвей не поругались. - Я так и сказал ей. Алименты платить буду, с ребёнком общаться буду, но жениться на ней нет. Просто сама по себе ситуация очень неприятная.

Матвей пожимает плечами.

- Не знаю, что неприятного. Двое детей лучше, чем ни одного.

Ещё один важный момент из бывшей супружеской жизни Матвея и Юли: у них не получалось родить ребёнка.

- Мот, ты в своем уме? - восклицает Женя. - Стерва проколола презервативы! Представь, если бы такое с тобой случилось!

- А не надо спать с кем попало.

Костя неодобрительно качает головой.

- Всё, пацаны, - обращается ко мне и Жене. - Мы снова его потеряли. Хватило одной встречи с Юлей-пилой, и нет больше друга. Мот, - смотрит на него, - знай: мы будем по тебе скучать.

- Да пошли вы! Вот такие вы друзья, да? Мою жену у меня за спиной обсуждали, кличку ей придумали. Знаете, что? Посмотрю я на вас, когда вы женитесь, и припомню вам все. И вашим жёнам тоже клички придумаю.

- Я никогда не женюсь! - категорично заявляет Женя.

- Я тоже! - вторит ему Костя.