Не дожидаясь приглашения, Захар переступает порог, закрывает за собой дверь и принимается снимать верхнюю одежду. Когда разматывает шарф, моему взору предстают те самые засосы на шее. За два дня они не сошли. Это зрелище отзывается ноющим чувством в сердце. Отворачиваюсь, чтобы не видеть.

Захар по-хозяйски проходит в квартиру, оглядывается. Он тут был один раз, когда я получала ключи от застройщика. Идёт по коридору и сворачивает на кухню. Семеню следом за ним.

- Тань, - опускается на стул. - Это она виновата. Она не просто меня соблазнила, она ещё и подстроила все так, чтобы ты узнала. Представляешь, какая стерва? Я ей уже сказал, что с Нового года она в моей фирме больше не работает.

У Захара своя маленькая компания по ремонту квартир. Марина была в ней секретарем на ресепшене.

- Тань, ты сама прекрасно знаешь, что она меня соблазняла. Ты сама видела, с каким декольте она приходила на работу.

- Почему же ты не сделал ей замечание?

- Да как-то неудобно было….

- Что неудобного? У тебя сотрудница приходит на работу в неподобающем виде. Секретарь на ресепшене - это лицо компании, вообще-то. Она первая, кого видят клиенты, когда переступают порог фирмы.

- В том-то и дело, что клиентам она нравилась. Но это уже не имеет значения, потому что я ее уволил.

- Что ты от меня хочешь, Захар? - спрашиваю устало.

У меня ощущение, что я разгрузила вагон. Колоссальная тяжесть в спине и в плечах.

- Я хочу, чтобы ты меня простила, - поднимается со стула и подходит ко мне. - Я оступился, Танюш. С кем не бывает? Дай мне шанс все исправить.

- Что значит «с кем не бывает»? Со мной не бывает. Много с кем не бывает.

Меня поражает такая наглость. «Я оступился, с кем не бывает». Как будто изменить своему любимому человеку - это досадная оплошность из разряда пролитого на белые брюки кофе. Действительно, с кем не бывает. Засмотрелся в телефон и пролил темный напиток на одежду.

- Тань, мне очень стыдно. Я раскаиваюсь. У нас скоро свадьба. Зачем ты все рушишь?

- Это я рушу? - завожусь. - То есть, не ты разрушил, когда изменил мне, а я рушу, уходя от тебя?

- Танюш, я виноват. Выпил лишнего, повелся на провокации Марины. Больше это не повторится. Клянусь тебе. Я её уволил.

Захар стоит ко мне вплотную. Смотрит виновато, как нашкодивший щенок. Раскаяние в его глазах пронимает меня, но следом я опускаю взгляд на засосы, и буря в груди начинает бушевать с новой силой. Я чувствую себя униженной и оскорбленной. После стольких лет вместе, после многих совместно пережитых горестей.… Обида больно жжёт. Отворачиваюсь от Захара, чтобы не увидел мои слезы.

- Таня, я тебя люблю. Пожалуйста, дай мне шанс все исправить. У нас же скоро свадьба. Что мы гостям скажем?

- Что ты мне изменил.

- Да ну брось, Танюш. Ты же не собираешься предоставить Марине такое удовольствие - разлучить нас.

Медленно втягиваю носом воздух. Хватаюсь пальцами за столешницу, вонзаю в неё ногти. Дарить Марине такую радость я и правда не хочу. Если отбросить, что Захар сам по собственной воле лег с ней в постель, Марина действительно его соблазняла. Это было видно невооруженным глазом. Я регулярно приезжала в фирму к Захару и чувствовала на себе негатив Марины. То, как вызывающие она одевалась, тоже мне не нравилось. А она будто намеренно это делала.

Окончательно я убедилась в том, что у секретарши с ресепшена есть виды на ее начальника, то есть Захара, в октябре, когда жених устроил корпоратив в честь пятилетия фирмы. Захар арендовал на выходные дома на базе отдыха в Подмосковье и пригласил всех сотрудников с семьями. Марина приехала одна, потому что у нее ни мужа, ни детей. С вечера пятницы по вечер воскресенья, пока все не разъехались, Марина крутилась вокруг Захара. Только я отойду - как она уже возле моего жениха под каким-нибудь надуманным предлогом. Я высказала претензии Захару, а он лишь отмахнулся со словами: «Да тебе кажется». Жених категорически отвергал мои обвинения в том, что Марина его соблазняет.

- Она специально меня соблазняла, Тань. Ты же сама знаешь.

- Да неужели? - резко поворачиваюсь к Захару. - А почему, когда я тебе говорила, что она тебя соблазняет, ты это отрицал и называл меня ревнивой истеричкой?

- Я никогда такого не говорил.

- Как это никогда? А на корпоративе в честь пятилетия твоей фирмы?

- А что тогда было? - строит невинное лицо.

- Она к тебе лезла по поводу и без, а ты говорил, что мне мерещится.

- Не помню такого.