- А над ямочками на щеках у нашего ребёнка мы ещё обязательно поработаем, - говорит, оторвавшись от меня.

Смеясь, бью его кулаком в плечо.

Утром мы с Серёжей стараемся побыстрее уехать от родителей. Нам не терпится остаться наедине, скрыться от всех глаз. Ночью мы не позволили себе ничего больше поцелуев, хотя очень хотелось. А у меня из-за беременности все желания и вовсе обострены.

Как только переступаем порог Серёжиной квартиры, сразу набрасываемся друг на друга. Сначала долго целуемся в прихожей, снимая с друг друга верхнюю одежду. Потом на ощупь направляемся в спальню.

- Тань, я так мечтал о тебе, - пылко шепчет, целуя меня.

Улыбаюсь, зажмуриваюсь как довольная кошка. Холод снимает с меня кофту и джинсы, я расстегиваю его рубашку. Я тоже о нем мечтала. С наслаждением целую Серёжу, его лицо, шею, сильную грудь. Изнемогаю от нетерпения. Я так сильно его хочу. До искр из глаз. Мы нежимся во взаимной любви. Оба таем от того, что наконец-то вместе. Страсть захлестывает с головой.

Это сумасшествие, у меня никогда такого не было. Сейчас кажется, что до Серёжи я и не любила никого. Ни Кирилла в школе, ни Захара. Бывшего жениха и вовсе не получается вспомнить без брезгливого содрогания. Разве такое возможно? Представить страшно, что чуть не вышла за него замуж.

Мы проводим в постели целый день. Не можем оторваться друг от друга.

- Мы точно не навредим малышу? - спрашиваю, когда Сергей снова перекатывается на меня сверху.

- Оргазмы во время беременности полезны для кровообращения в тазу.

- Ну раз полезны, другое дело.

- И не забываем про ямочки на щеках малыша. Над ними надо хорошо поработать.

Смеюсь. Серёжа так нежен и осторожен со мной. Ещё нежнее, чем в те три дня у меня дома. Я буквально купаюсь в его ласке.

- Надо решить, где мы будем жить, - вдруг заявляет вечером.

- В смысле где?

- У тебя или у меня?

Опешив, долго смотрю на Серёжу. Мы выбрались из постели на кухню. Холод пожарил мясо, а я делаю салат.

- Ээээ… - растерянно тяну.

- Ты же не думала, что мы будем жить отдельно друг от друга? - подходит ко мне и опускает руки на талию.

- Давай у меня! - выпаливаю.

Его бровь удивленно взлетает вверх.

- А почему не у меня?

- У меня квартира больше.

- Зато моя ближе к центру и к нашим работам.

- У меня новостройка и новая детская площадка во дворе!

- Не обижайся, но у твоей новостройки картонные стены. Вспомни, как нам соседи стучали.

Мне до сих пор хочется провалиться сквозь землю, когда вспоминаю. Мы с Серёжей не сдерживали стонов. Соседям было нас слышно. Потом, когда я встречалась с ними у лифта, хотелось зарыться головой в песок.

- А у тебя маленький лифт! В него будет сложно поместиться с коляской.

- Ничего не сложно. Соседи с колясками ездят в лифте без проблем.

- Мне лень снова переезжать, - заныв, озвучиваю главную причину.

- Ничего страшного. Я перевезу твои вещи.

Вздыхаю. А довольный Холод притягивает меня в свои объятия и целует.

- Давай сейчас поужинаем и поедем собирать твои вещи.

- Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе так быстро?!

- Не просто хочу, а настаиваю.

Мне с одной стороны тоже хочется, а с другой, страшновато. Я жила только с Захаром. Как будет с Серёжей? Притремся ли мы в быту? Холод и вовсе ни с кем не жил. Привык все делать один.

Но в его глазах такое желание, что я соглашаюсь. К тому же если подумать, то бытовые вопросы - это такие мелочи. Ну что мы, в самом деле, из-за грязных тарелок будем ругаться, что ли? Не думаю. Да и Серёжа довольно чистоплотен. Сколько была у него дома - ни разу не видела грязной посуды.

В этот же день едем ко мне, и я собираю вещи. Сразу все не получается, но основное забираю. Когда разбираю чемоданы у Серёжи дома, ловлю себя на мысли, что испытываю колоссальное наслаждение от этого процесса. Видеть свои платья в одном шкафу с его рубашками - чистый восторг. Мои шампуни, гели, скрабы занимают почти все свободные поверхности в ванной. И это вновь вызывает у меня счастливую улыбку.