- Тань, ты горячку не пори, - строго говорит папа. - Даже если Захар и правда тебе изменил, это не повод рубить с плеча. Вы столько лет вместе. Всякое в жизни бывает.

Обалдеть, они всё-таки будут его защищать. У меня нет слов. Ну вот что с ними не так? Почему они на стороне изменщика, а не на стороне своей родной дочки?

- Я приехала к вам не для того, чтобы обсуждать свое решение, а для того, чтобы вас о нем уведомить. Я ушла от Захара. Это не подлежит обсуждению.

- И все же горячку не пори. Гостям пока не надо ничего говорить. Подумай ещё, выслушай Захара. Если он изменил тебе случайно…

Я не даю договорить папе.

- Случайно изменил - это как? Упал, очнулся, а вместо гипса рядом чужая голая девушка?

- Поговори с ним. Я уверен, он все тебе объяснит.

Мама ставит передо мной тарелку куриной лапши. Делаю вдох и чувствую новый приступ тошноты. Голод ушел, а токсикоз вернулся. Отодвигаю от себя тарелку, стараясь не дышать.

- Я уже говорила с ним, и не раз. Он изменил мне. На этом точка.

- Танюш, ну как же так? - у мамы глаза на мокром месте. - Неужели нет никакого выхода?

Все, мне это надоело. Пора сообщить им вторую новость. Может, хоть после нее отстанут от меня с идеей простить Захара.

- Я беременна.

И снова гробовая тишина. Две пары глаз таращатся на меня в полном шоке. Наслаждаясь их реакцией, отправляю в рот ложку куриной лапши.

Ох, лучше бы я этого не делала.…

Тошнота встает в горле комом. Пытаюсь сглотнуть, а не получается. Резко подскакиваю на ноги и, не говоря ни слова, убегаю в ванную. Там сгибаюсь над унитазом, опустошая желудок. Этот процесс даётся мне очень тяжело. Из глаз брызжут слезы, голова кружится. Сползаю на пол и сижу несколько минут, пытаясь отдышаться. Потом встаю на ноги и начинаю приводить себя в порядок: сбрызгиваю холодной водой лицо, полощу рот и чищу зубы пальцем.

Очуховшись, направляюсь обратно к родителям, но на подходе к кухне резко замираю.

- Захар, Господи, миленький, это такое счастье, что у вас с Таней будет ребёнок! - меня парализует на месте. - Вы с Танюшей обязательно должны помириться! Ради ребёнка! У вас же теперь малыш будет. Господи! Как мы рады!

Врываюсь на кухню и вижу, как Мама со слезами на глазах держит в руках трубку.

- А вот и Таня, - смотрит на меня. - Дочь, мы с папой Захару позвонили, поздравить с ребёнком. Мы так счастливы!

И опять меня ослепляет гнев. Бросаюсь к маме, выхватываю из ее руки телефон и отбиваю звонок.

- Какого фига ты ему позвонила?!?!?! - ору на всю кухню.

- Ну как это? У вас же малыш будет. Поздравить.

Я задыхаюсь от негодования. Мне в прямом смысле не хватает кислорода. Жадно хватаю ртом воздух.

- Танюш, ты успокойся, сядь.

- Зачем вы ему сказали?! Я не от Захара беременна!

- Как не от Захара? - выпучивают глаза. - А от кого?

- От Сергея Холода, моего бывшего одноклассника! - родители зависают на несколько секунд, пытаясь понять, о ком именно я говорю. - Это тот самый парень, который подбивал меня курить, - поясняю, чтоб быстрее доперли.

Мама картинно хватается за сердце. А у меня в кармане джинс вибрирует телефон. Мне не недо смотреть на экран, чтобы знать, кто это. Захар.

Устроив родителям грандиозный скандал, я вылетаю из их квартиры, громко хлопнув дверью. В машине долго не решаюсь тронуться с места, потому что меня колотит от негодования. Ещё никогда в жизни я не была такой злой, как сейчас. Это не просто злость. Это неконтролируемый приступ гнева. Более того: я близка к тому, чтобы навсегда вычеркнуть из своей жизни родителей.

Телефон не замолкает ни на секунду. Захар словно с цепи сорвался. Не долго думая, отправляю его номер в черный список. Вот только домой ехать нельзя. Он сто процентов заявится ко мне. Если не открою - будет колотить дверь.

Но куда мне ехать, если не домой? У родителей не останусь ни за что на свете.

Я не придумываю ничего лучше, чем позвонить Серёже. Неудобно взваливать на него свои проблемы, но я просто в отчаянии.

- Алло, - сразу поднимает трубку.

- Серёж, привет, не отвлекаю?

- Привет. Нет, всё в порядке. Что-то случилось? - в его интонации слышится подозрение.

- Нет. То есть да. То есть нет. Я не знаю, - обреченно вздыхаю.

- Тань, что такое? - взволнованно спрашивает. - Ты где?