Оборотень шумно сглотнул, переводя взгляд с её улыбки на открытые плечи и ключицы.
— Мы, пожалуй... — начал вампир, пытаясь вернуть себе самообладание, но его глаза всё равно предательски сползали к моему декольте. — Мы, э-э-э… Кхм, хотели узнать, чем вы хотели бы сегодня заняться?
Мы с Фаней переглянулись.
— Пожалуй, было бы неплохо ознакомиться с вашим миром. Да?
— Да, поддерживаю.
— Ну, этого сколько хотите, — с облегчением выдавил Вольд. — Прошу за нами, мы подберём вам нужную литературу.
Поблагодарив поваров за завтрак, мы прошли в библиотеку. Когда нам помогли перетаскать стопки книг в гостиную и мужчины уже собирались уходить, я заговорила:
— О, и кстати! Мальчики, нам бы платья попроще, иначе подобная участь ожидает и остальные шедевры кружевной мысли. Можно это как-то устроить?
«Мальчики», замершие в дверях, кивнули и обещали всё исполнить, а потом смылись от нас! Бессовестные существа!
Усмехнувшись, мы уселись каждая в своё кресло и принялись читать.
Наш дерзкий выход с ножницами задал тон всему вечеру. Вампир, бедняга, полдня ходил пунцовый, стараясь не смотреть в сторону моего нового декольте, а оборотень подозрительно часто и шумно вздыхал, когда Фаня проходила мимо.
Весь остаток дня и следующий вечер мы провели за чтением. Мужчины сидели напротив, делая вид, что тоже заняты делами, но я то и дело ловила на себе завороженный взгляд Ферда, да и Вольд не отставал, то и дело поглядывал на Фаню. Мужчины!
За ужином беседа текла так же легко, как и во время вчерашней посиделки в гостиной. Мы спорили, соглашались, доказывали или опровергали абсурдность того или иного закона или правила. Спорили до хрипоты и глубокой ночи, смеялись и просто проводили время вместе.
Следующие два дня превратились в «день сурка», но в самом приятном смысле. Снова завтрак, снова книги и бесконечные подколки, споры, новые НОРМАЛЬНЫЕ простые наряды и снова книги, книги, книги…
Наутро четвертого дня я проснулась от того, что в голове строчки из прочитанных фолиантов начали водить хороводы. Я уставилась в потолок и просто взвыла на всю спальню, напугав спросонья Фаину.
— Люда, ты чего воешь? — пробормотала она, протирая глаза.
— Мне приснилось, что я превратилась в библиотечную моль! — я резко села в кровати, взлохматив волосы. — Я больше не могу! Если я сегодня прочитаю хоть одну страницу, я кого-нибудь придушу! — начала я, расхаживая вдоль окна. — Хочу чем-то заняться! Хочу движения, действий! Не могу больше сидеть на попе ровно, ЗА-ДОЛ-БА-ЛАСЬ!
Фаина сочувственно вздохнула, сползая с подушек.
— И чем ты предлагаешь заняться? Снова перекроим платья? Боюсь, наши мужчины этого уже не переживут.
Я тоскливо посмотрела в окно, и тут меня осенило. Подскочила к стеклу, глядя на пустующий участок за домом.
— Фаня, а давай огород посадим, а? Или сад разведём? Раз уж нам тут куковать неизвестно сколько. Зелень своя будет, цветочки… Да и физический труд! Не могу я без ковыряния в земле, не могу!
— Вынуждена согласиться. Огород — вещь!
— Пошли, нам нужны эти двое!
Мы наскоро оделись и отправились на поиски благоверных. Мужчины нашлись в гостиной — как раз чинно завтракали, обсуждая какие-то свои мужские дела. При нашем появлении Ферд едва не выронил вилку: видимо, мой решительный вид не предвещал ему спокойного утра.
— Мальчики, у нас экстренное совещание! — заявила я, упирая руки в бока. — Нам нужен огород. И сад. Прямо сейчас.
Вампир медленно отставил чашку, переводя взгляд с меня на Фаню, которая согласно кивала рядом со мной, сложив руки на груди.
— Огород? — переспросил он, и в его голосе послышалось искреннее недоумение. — Люда, у нас полные погреба еды, повар готовит что угодно. Зачем тебе копаться в земле?
— Затем, дорогой мой, что от ваших книг у меня уже в глазах рябит! — отрезала я. — Нам нужно занятие. Так что сознавайтесь: где тут инвентарь выдают и какой участок нам можно одарить своей любовью?
Оборотень хмыкнул, переглянувшись с вампиром. В глазах Вольда заплясали смешинки — кажется, перспектива увидеть нас с лопатами наперевес, попой к солнцу, его крайне забавляла. Видимо, за три дня нашего «библиотечного заточения» они и сами порядком заскучали, раз идея копать грядки не вызвала у них бурного протеста.
— Огород так огород, — сдался Ферд, изящно отставляя чашку. — В конце концов, физический труд облагораживает… даже нас. Инвентарь выдадим, но чур, копаем мы — не женское это дело, тяжелую землю ворочать.