— Хорошо. Теперь иди к Мире. Она заждалась, — улыбнулся мужчина. — А кольцо это, кстати, — фальшивка. Хорошо, что ты его гарпиям не отнесла — убили бы тебя и всё за такое.

Пока я шла по парку к Мире, мои ноги будто стали ватными.

Какая же я дура! Ведь Джеймс-то вроде хороший мужчина!

В памяти внезапно всплыл каверзный вопрос Барри: «Почему драконы так добры с чужими детьми?», но я отмахнулась от него.

Этот Барри — просто подлая свинья, нет ему веры!

Погода, конечно, была по-весеннему прекрасная: уже тепло, но ещё не жарко, повсюду цветы и пение вернувшихся с зимовки птиц (если они в этом улетали, конечно).

Солнце ласково грело, а ветер нежно плясал в золотистых волосах Миры, пока она увлечённо расставляла кукол вокруг чайного столика.

Почему и откуда в беседке у Джеймса оказались куклы, чайный сервиз и детская мебель даже не спрашивайте меня. Не знаю. Видимо, наколдовал? Или купить успел?

Её смех, такой лёгкий и беззаботный, заставлял моё сердце сжиматься — как же быстро она забыла ужас вчерашнего дня, когда гарпии вломились к нам в дом, «вырубили» меня и увели девочку, пока я была без сознания.

Наверняка она испугалась и плакала, но на её милом, веснушчатом личике не было и тени переживаний, а в чистых голубых глазах ни намёка на слёзы.

Как это возможно, что она так довольна жизнью и спокойна. Нет, я не против, но странно.

Я присела рядом, стараясь не влезать в её чаепитие, и мягко провела рукой по её плечу и начала аккуратно расспрашивать. Для начала пришлось познакомиться со всеми куклами.

Мира тут же оживилась, её глаза загорелись тем самым восторгом, который бывает только у детей, когда им не терпится поделиться своим миром.

— Это принцесса Лилия! — торжественно объявила она, поднимая рыжеволосую куклу в пышном розовом платье. — Она добрая, но иногда капризничает, потому что не любит, когда её платье пачкается.

«Как же это похоже на саму Миру», — принимая куклу в руки, усмехнулась я про себя.

— А это кто такие? — я указала на других кукол, среди них, кстати, был и один мужчина в синем камзоле и с маленькой шпагой на поясе.

— Это подруги принцессы Фиалка и Маргаритка, а это — рыцарь Серебряный Ветер! — по очереди назвала имена девочка. — Он защищает принцессу и её подруг от драконов!

— От драконов? — я невольно скользнула взглядом в сторону дома, где, как раз, стоял один дракон.

— Да! Но не от всех. Только от злых, — важно добавила Мира.

— А добрые драконы есть? — осторожно спросила я.

— Конечно! — она засмеялась, будто я спросила что-то очевидное. — Дядя Джеймс же добрый!

Я прикусила губу: вот уж вопрос на миллион!

— Мирочка, а помнишь, как мы с тобой вчера… потерялись друг друга? — начала я осторожно подбирать к важному.

Девочка на секунду отвлеклась от кукол, её большие глаза задумчиво устремились куда-то вдаль.

— А, да! Ко мне приходили плохие дяди, — ответила она так спокойно, будто рассказывала о прогулке в парке. — Они позвали меня с собой, а тебя не было… Но я же умница, я поняла, что так нельзя! Но дяди мне дали злые волшебные конфетки, и я пошла.

По телу пробежала дрожь. Что эти уроды с ней сделали?!

— Волшебные конфетки? — прошептала я. — И чем вы там с ними занимались? Тоже в куклы играли?

— Ну да… — оживилась Мира. — Так что дяди, хоть и плохие, но играли в кукол хорошо. И ужин вкусный дали, а утром даже пирожные! И мороженое! Много!

— П-п-п-пирожные? — недоверчиво протянула я. — Мороженое?!

Что ещё за чертовщина?! Какие ещё сласти ей там эти подонки давали?!

— Прости, что я их ела. Теперь я знаю, что нельзя было. Это вредно, хоть и вкусно, — расстроенным голосом произнесла малышка.

— Это ты правильно говоришь…

— Это дядя Джеймс мне всё объяснил. С чужими уходить опасно! — искренне отчеканила девочка. — Конфетки, пирожные и мороженые у незнакомцев брать нельзя! А то пропаду навсегда и зубы все сгниют!

— И то верно…

— Это тоже Дядя Джеймс сказал. Когда он пришёл, плохие дяди сразу меня отпустили. Они даже испугались его почему-то, но он же добрый! — захихикала Мира.

— Ага, — растерянно протянула я.

Не ожидала, что бандиты оказались такими душками и играли с ребёнком. Очень странно. Очень.

Учитывая, как они мне угрожали, как жёстко действовали, когда её похитили — вообще не очень похоже, что это правда.