— Представьте, месье Вилларе, — мне выпало целых три пустых руны. Наша гадалка утверждает, что в ее распоряжении была всего одна Верда. Откуда взялись еще две, нам непонятно. Не иначе, высшие силы вздумали шутить со мной. У судьбы вообще отменное чувство юмора. Жаль только, что мне она отпускает одни только черные шутки.

Он бодрился и даже улыбался, хоть и криво, а у меня сердце зашлось от жалости. Ну чем, спрашивается, виноват этот мужик, что ему досталось такое нешуточное (совсем нешуточное!) испытание?

— Мы непременно найдем способ, — объявила я. — Не только избавить вас от проклятия, но и отомстить Соланж. Эта дрянь сильно пожалеет о своей глупости, слово даю.

Договаривала я под одобрительное кхеканье Жиля.

— Сдается, Роберу не хватало такой… эмнэ… соратницы, как вы, мадемуазель. Подумать только, пробудившаяся Спящая дева! Сколько вы почивали, сударыня? Я слышал, лет двадцать? Родня, должно быть, уже поделила ваше имущество? Мечтали унаследовать шато Бриссар и другое… ваш род обладает порядочными богатствами. То-то им было огорчение, когда вы восстали ото сна!

А ведь верно. У меня наверняка есть какая-то не очень близкая родня, и она точно рассчитывала получить немалые средства после того, как я усну вечным сном. Знать бы еще, с какой стороны ждать явления родственничков!

— Верно, мой сон длился около двух десятилетий, — рассеянно кивнула я. — Но никаких сведений о родичах в моем распоряжении нет. Я, видите ли, месье Жиль, ничего не помню. Говорят, такое возможно при столь длительном сне. Память просто стирается, не оставляя в голове никакого следа.

Бесстыдное вранье насчет амнезии присутствующие восприняли как должное. Дед Вилларе сочувственно покивал, а Робер взял меня за руку и утешил,к ак мог:

— Не печальтесь, Иллария, я уверен, вы вспомните все, что успели позабыть. Просто эти знания придут к вам в тот момент, когда в них появится нужда.

— Надеюсь, они не запоздают, — вздохнула я, и обернулась к двери.

В комнату как раз влетала чем-то крайне взволнованная мадам Клод.

— Месье Робер, — задыхаясь, провозгласила она, — к вам посыльный от его величества. Говорит, срочное послание. И он будет ждать ответа.

Вот только величества нам здесь и не хватало! Когда мне нужен был принц, я его так и не дождалась. А теперь на сцене появился целый король! Ну ладно, не король, всего только его посыльный. Но он наверняка привез важные вести — очень хотелось бы знать, о чем.

Знать хотелось не мне одной. Дед Вилларе задрал брови под самый лоб и сердито буркнул:

— Чего ему надо от тебя, мальчик?

Ничего себе.

Никакого почтения к венценосной особе.

Вон и Робер морщится, словно ему предстоит поедание ящика лимонов. Я даже заинтересовалась, что у них тут за монарх такой… непопулярный.

— Ваш… наш король — тиран? — на мой прямой вопрос мужчины обернулись ко мне с крайним изумлением на лицах.

Потом старый кот, видимо, понял, почему я спрашиваю.

— Нет, сударыня, — лениво отмахнулся он, — Бодуэн совсем не злой. Просто он… как бы это сказать… редко бывает в здравом уме. Оттого имеет в народе прозвище Счастливый. Дела этого мира мало его занимают. Он вечно витает в каких-то фантазиях.

Батюшки, до чего можно досочиняться! Неужели наш сказочник придумал этой стране сумасшедшего короля?!

— Его величество… скорбен умом?

Робер раздраженно усмехнулся.

— Не то чтобы. Просто он много пьет. Очень много. И почти никогда не трезвеет. Всем заправляет его сын, принц Бальтазар. И я как раз опасаюсь, что письмо написано по его распоряжению. Бодуэну в подобных случаях остается только поставить под посланием свою подпись.

— Вы знакомы с принцем? — мне правда было интересно, насколько светский человек наш заклятый граф.

Вместо ответа Беранже как-то неопределенно дернул плечом. А дед Вилларе ехидно пояснил:

— В юности он служил при дворе. Но… кхм… не пришелся ко двору. Не сошелся интересами с принцем и его… эмнэ… фаворитами.

Я было рассердилась, что старый кот явно чего-то не договаривает. Все что-то бекает, мекает и мнется. А потом меня осенило. У принца явно имеются альтернативные сексуальные пристрастия. И слава богу, что у Робера их нет. Не то его вряд ли заинтересовала бы дева, даже если она была Спящей, а затем пробудилась ото сна.

Дед Вилларе между тем поинтересовался:

— Мальчик мой, ты не хочешь все-таки прочитать письмо? Курьер, между прочим, дожидается ответа.

Беранже сосредоточенно кивнул.

— Да, узнаем, что нужно от нас королевскому семейству. Эй, кто там! Зовите посыльного.

При виде посыльного я едва не заржала на весь кабинет. Сдержалась из последних сил — надо ж было хоть иногда соблюдать приличия! Дед укрылся за бокалом вина, а Роберу пришлось отдуваться за нас всех.