Коварный ключ, как назло, затерялся меж бумажек, устлавших преподавательский стол, и я озадаченно шарила по нему уставшими глазами, пытаясь отыскать потеряшку.

— Вот ты где! — облегчённо выдохнула я, схватив свою находку, и радостно развернулась к двери, чтобы тут же обомлеть.

Аудитория была пуста, если, конечно, не принимать во внимание лениво привалившегося к дверному косяку дознавателя.

— Тор Борислав ушёл, — тихо пробормотала я, подумав, что только эта нужда и могла привести сюда Орислава.

— Я знаю, — спокойно проговорил он, отлепившись от двери и делая шаг ко мне.

— Понятно, — нахмурившись, пробормотала я. — Мне просто кабинет нужно закрыть, но если у вас тут какие‑то дела…

— Дела, — уверенно кивнул мне мужчина и подошёл почти вплотную. — Очень важные дела…

— Тогда вот вам ключ! — протянула я ладонь с маленькой железякой, но он её проигнорировал.

— Советую тебе не связываться с Виловым, — тихо проговорил дознаватель, глядя мне прямо в глаза.

— Знаете, я сама могу решать, с кем мне связываться, а с кем нет! Я взрослая девочка! Я же не диктую, кого вам водить под ручку на глазах у всех студентов академии! Так и вы в мою жизнь не лезьте!

— И почему же не диктуешь? Я бы с удовольствием послушал…

— Я, знаете ли, не обучена в чужие жизни без позволения вторгаться! Это по меньшей мере некрасиво, по большей — опасно!

— Тебе это знакомо, как никому другому, — кивнул темноволосый мужчина, и я слегка зарделась. Ясно как белый день, что он вспомнил о соре Светолике. Конечно, главный дознаватель Даровицкого царства не мог не знать о моём участии в истории с арестом преподавателя исторической правды.

— Мне пора! — я не имела ни малейшего желания продолжать наш диалог. Мне было неловко стоять перед ним. В душе поднималась странная буря из смущения, злости и чего‑то неизведанно горячего.

— Постой! — схватил Орислав меня за руку, возвращая на место. — Ради тебя же стараюсь, не строй напрасных иллюзий насчёт Гасара. Он не тот, на кого можно положиться.

— Да что вы? — поперхнулась я, насмешливо подняв брови. — А на кого же тогда можно? Не на вас ли, часом?!

— Хм, заметь, не я это сказал…

— Да идите вы к Лихо на вечорку! — зло попыталась я оттолкнуть его от себя, но легче сдвинуть каменную глыбу, вросшую в землю, чем этого напыщенного наглеца. — Дайте мне пройти!

— Не спеши! Я ещё не всё сказал…

— А я закончила. И слушать вас более желания не имею!

— Почему ты такая колючка, Раска? Гасару сама вешаешься на шею, даришь ему свои поцелуи, а при виде меня шипишь, словно обваривший хвост ящер?

Игнорируя все его слова, я вновь попыталась обойти его могучую фигуру, но у меня снова ничего не вышло.

— А Лихо его побери! — вдруг уверенно выпалил Орислав, и я удивлённо подняла на него взгляд, чтобы тут же в шоке замереть.

Лицо дознавателя стремительно приближалось к моему. Его сухие губы накрыли мои, и я ошеломлённо открыла рот, чем он бессовестно воспользовался. Его язык проник внутрь, и от затопившего меня смущения, смешанного с восторгом настоящего поцелуя, моё тело омыло горячей волной. Внизу живота потяжелело, и что‑то невообразимо остро рванулось наружу.

Собрав все свои силы, я резко подалась назад, одновременно пытаясь вытолкать его наглый язык из моего рта. Кажется, это лишь сильнее его раззадорило, и он ещё теснее прижал меня к себе.

— Хватит! — смогла я наконец выбраться из его объятий, влепив ему звонкую пощёчину. Ярко‑красный отпечаток засиял на его щеке, и я, тяжело дыша, отчеканила ему прямо в лицо: — Никогда! Слышите? Никогда не смейте ко мне прикасаться! Все эти ваши игры мне неинтересны! А если вы не перестанете, я подниму такой крик! На всё царство вас ославлю! Вот ведь будет потеха: главный дознаватель домогается бедной сиротки в академии «Ледок»… Да я до самого царя дойду, если будет нужно!

Кинув в него ключ, я резко вылетела из кабинета.

«Нет, ну каков нахал! И как только посмел?! Он что же, считает, что я гулящая девка?»

Обида бурлила во мне, заглушая все остальные эмоции. Даже самой себе было трудно признаться, что первый взрослый поцелуй с Ориславом мне понравился. Очень.

— Раска! — раздалось за спиной, едва я влетела на лестницу, ведущую на второй этаж.

«Только этого мне сейчас не хватало!»

— Да, Глафира! — мило улыбаясь, обернулась я к старосте «Дунина».

«Надеюсь, моё раскрасневшееся лицо и яркость припухших губ она оставит без внимания».

— У тебя всё хорошо? — нахмурилась девушка, обведя меня пристальным взглядом.

— Всё просто отлично. Немного устала на ярмарке.

— А‑а‑а, чудесная забава вышла, — сухо проговорила она. — На самом деле я тебя искала.

— Зачем?