– Не пытайся говорить вслух, – велела Луиза, – просто громко думай. Мы с тобой общаемся сейчас благодаря моему фамильяру. И ему легче будет передавать твои мысли, а не слова. Я-то магических сил лишилась. Хотя… у вас тут есть волшебные травки?

– Волшебные? – я постаралась подумать как можно внятнее.

– Так, понятно, – вздохнула ведьма, – тебе хоть и лет немало, а жила ты будто в спячке и вокруг себя ничего не замечала. Но как я понимаю, в вашем мире это не редкость. Я пусть и недавно в себя пришла, но уже много чего тут заметила.

– Когда тебя выписывают? – спросила я мысленно.

– Еще недельку разрешили полежать. Здешний знахарь просто душка. Хорошо, что ты догадалась прийти. Значит, не совсем пропащая. Раз уж мне тут в твоем старом теле застрять суждено до конца своих дней, я хоть повеселюсь. А ты мне сейчас расскажешь все, что я должна знать об этом месте.

Старое тело. Луиза не церемонилась. Хотя мне в ее возрасте женщины за сорок разве не казались чуть ли не пожилыми?

– Ты не расстраивайся, я твои телеса в порядок приведу, – пообещала Луиза, – стану красоткой уже к лету. А ты с моим идеальным телом тоже бережнее будь. А то запустишь до этих же размеров!

Луиза похлопала себя по бедру, потом оттянула кожу на щеке, отвесила щелбан наметившемуся второму подбородку. Сейчас она осунулась, да. Но худеть мне до падения с лестницы было куда. Правда, я с ней не согласна про “телеса”. Я далеко не толстушка. Обычная женщина стандартного сорок шестого размера. Правда, стресс я в последние недели перед разводом заедала.

– Не против, если я из блондинки в рыжий перекрашусь? Мне так привычнее. Впрочем, даже если ты и возражаешь, мне это глубоко все равно.

– По поводу твоего идеального тела, – начала я осторожно, – оно скоро начнет меняться.

– Что? – Луиза чуть не выронила зеркало.

– Мы беременны, – сообщила я.

– Так.

Луиза потерла лоб.

– И что, рожать собралась?

– Конечно. Всегда хотела детей. Но у меня их не было. Не сложилось. Зато вот у Игоря без меня…

– Насчет этого мы еще посмотрим, – хмыкнула Луиза. Так странно было на нее смотреть. Я уже привыкать начала к новому отражению, а тут мое прежнее лицо с новым выражением и чужой мимикой. А ведь я для тех, кто знаком с Луизой Ренли, тоже изменилась!

– В вашем мире есть проверка на отцовство?

Я кивнула.

– Да, называется тест ДНК.

– Игорь его сейчас делать побежит, я уверена.

Женщина усмехнулась.

– Времени у нас не так много, Пумиш скоро выдохнется. Дай ему после яйцо куриное сырое, это восстановит силы. А сейчас, сколько успеешь, на вопросы мои ответишь. О том, как тут все устроено и что у тебя дурак-муженек успел вытянуть.

– Подожди, Луиза, – попросила я, – прежде чем я тебе все расскажу, ответь на самый важный вопрос. Как ты упала с лестницы?

– Да как и ты, – махнула она рукой, – оступилась. Бенни что-то там мне орал снизу по поводу того, что я его обманывала все время. Я подыскивала ответ поинтереснее и под ноги не смотрела.

– А почему же ты, не думая, ответила следователю, что твой муж виноват в падении?

Этот вопрос я выкрикнула.

– А нечего ему было мне под руку, точнее, под ногу, попадаться, – она холодно пожала плечами, – ладно, если ты узнала то, ради чего пришла, теперь расслабься и отвечай на мои вопросы.

Я послушалась. Душа моя ликовала. Бенедикт, мой Бенедикт, которого я успела полюбить всем сердцем, не виновен в смерти жены! Он не душегуб. И мы с ним можем быть счастливы.

– Луиза! Луиза! Вставай! Ты в обмороке, или поспать решила?

Детский голос врезался мне в уши, то в одно, то в другое. Я попробовала открыть глаза, получалось только по очереди. Передо мной рябь какая-то, будто помехи в телевизоре. И в ушах шумит. А ребенок… да это же Пумиш. Не сразу узнала.

Мягкие лапки колотили меня по щекам.

– Эй, ты коготь выпустил! – обиделась я.

И села на полу.

Я снова была в нашей с фамильяром обрядовой комнате.

Кот выглядел взъерошенным. Еще бы, ведь он столько сил приложил, чтобы я смогла продержаться так долго внутри зеркала в палате Луизы.

Кажется, я ей успела мыслено половину своей жизни показать, как кино. Всю свою драму семейную.

Луиза веселилась и потирала руки. Сказала, что ей будет чем заняться, раз уж угораздило переселиться в другой мир.

– А мы не можем обратно поменяться? – спросила я на прощание.

– Нет, к моему сожалению, – поморщилась та Луиза, – и твое, и мое существование в наших мирах прекратилось. Но сдается мне, ты не очень этим тяготишься?

Я думала, что ей ответить, и тут картинка померкла, в ушах зашумело, и я оказалась снова в Амарезе.

– Кажется, вы пообщались к взаимной пользе, – сказал Пумиш, – а я вот устал.