– Милый, – рассмеялась я, – это же просто симптомы беременности такие. Случается, что чувствуешь нехватку воздуха, головокружение или тошноту. А болезни магических существ и правда нам не страшны.

– Я тебя не узнаю, – тихо сказал Бен, – ты меня никогда не называла милым. А твое признание в любви ночью…

– Это все беременность, – испуганно брякнула я.

К счастью, нас позвал продавец. Мы вернулись в лавку, где Бену оставалось только оплатить заказ. Он уместился в мешке внушительных размеров.

Покачав головой, муж заметил:

– Надеюсь, это поможет.

Мы вышли из магического магазина, и я вздохнула с облегчением. Пока все получилось.

Жить под присмотром неуютно. Мы кое-как промаялись еще день, изображая счастливую семью, под бдительным взглядом Тухенмера. А когда отправились ко сну, Бен прошептал уже под одеялом:

– Если ты себя хорошо чувствуешь, давай завтра в гости сходим. Нас Пинги опять звали. Твое помидорное зелье наготовить обещали. Даже если Георд с нами пойдет, и то не так муторно будет.

– Отличная идея! – обрадовалась я, тоже шепотом. – Ой, только у меня дело одно есть. Вот как светила в одну линию встанут, надо оздоровительный ритуал с Пумишем провести.

– Да, момент сильный будет, – согласился Бен.

Его дыхание щекотало мне кожу, запуская по телу змеек желания.

– По сути, это и есть наш Новый год, просто отмечаем мы его позже… О, прости, я говорю ведьме очевидные вещи.

Какая ценная информация! Ух, хорошо, что он это сказал. Хоть возбуждение отлегло. Скорее всего, это беременные гормоны у меня в голову ударили, и во всё остальное тоже. Поэтому, находясь в постели с Бенедиктом, я так безумно его хотела.

Бенедикт придвинулся ко мне еще ближе, его губы коснулись моего уха. И сердце замерло, а потом застучало втрое быстрее.

– Луиза, я даже не знал, насколько сильно ты заботишься о своем фамильяре. Раньше мне всегда казалось, что ты его терпишь из-за необходимости. Шпыняешь постоянно.

– Бен, – почти простонала я, – как ты мог любить меня такую… холодную. Которая даже магического помощника ни во что не ставит.

– Иногда мне казалось, что это не любовь, а морок какой-то. Страсть слепая.

От этого признания я и вовсе затрепетала. А что, если Луиза действительно навела на лорда Ренли морок, внушила ему, что он в нее влюблен? Ведь сама она к нему, кажется, не чувствовала ничего.

– Но сейчас… что-то поменялось, – продолжал между тем Бенедикт, перебирая в темноте мои локоны пальцами. Под одеялом становилось жарко.

– Ты стала какая-то другая, более живая. Особенно это чувствуется, когда…

Тут он замолчал и поцеловал меня. Если бы я была в состоянии мыслить, то, конечно, сразу бы догадалась, что он имел в виду под этим “когда”.

Но в тот момент мне думать совсем не хотелось, да и нечем вдруг стало.

Я откликнулась на его поцелуи и ласки.

– Луиза, – прерывисто шептал Бенедикт, – я так сейчас счастлив, моя леди.

Ночь была волшебной. И пробуждение в объятиях прекрасного любимого мужчины тоже.

– Доброе утро, моя королева, – прошептал Бен, чмокнув меня в нос, – я собирался встать раньше тебя, чтобы принести завтрак в постель. Но разбудил тебя. Вот такой неуклюжий.

Кажется, я в сказку попала. Бен ласково мне улыбался, обнимал так, что я себя чувствовала сокровищем.

А потом и завтрак принес, и кормил меня сам,с рук.

Мы так могли бы, пожалуй и до отъезда к местным тусовщикам Пингам хорошо время проводить.

Но тут на кровать прыгнул Пумиш. Хорошо, что момент был приличный. Бенедикт уже меня кормить закончил.

– Нам пора, леди Лу! – мяукнул фамильяр. – У меня уже хвостик немеет и лапки почти отваливаются.

– А по тебе не скажешь, – недоверчиво прищурился Бен.

– Хорошо держусь, – загордился кот, – как-то вы поздно просыпаетесь. Или вы не спали?

– А это не твое дело, крылатик, – отрезала я, – сейчас соберусь и пойдем готовить.

Легко и естественно чмокнув мужа в губы, я отправилась одеваться.

– Я буду скучать! – сказал Бен, когда я обернулась на пороге.

– Какие у вас нежности начались! – хихикнул Пумиш, летя на уровне моего плеча. – Ты не в ту сторону идешь, хозяюшка.

– Как не в ту? Мы же в мои покои направляемся!

– Нет, планы слегка поменялись, – сообщил кот, – твой очумевший от счастья муж распорядился, чтоб мне выделили отдельную комнатку для наших лечебных нужд. Вроде как личный лазарет для фамильярообразных.

Это было очень мило со стороны Бена. Мы с котом прибыли в небольшое чистенькое помещение, которое запиралось изнутри.

На небольшом круглом столе уже были разложены купленные в лавке приспособления.

Кот командовал, а я смешивала ингредиенты в медной ступке. Дальше мы приготовили отвар, который оба выпили. На вкус горько, даже мед диких горных пчел ситуацию мало спасал.