– Вероничка… Вероника Матвеева – моя невеста. И мать нашего будущего сына. Она меня пришла поздравить… то есть поддержать после развода.

– О, так ваш отпрыск, наш совместно нажитый? – поинтересовалась Луиза. – Зачатый во время нашего невразумительного брака?

– Э-э-э… – затруднился с ответом Игорек.

– Прелестно. Значит, не успев развестись со мной, ты у меня на глазах обжимался с девицей, с которой мне изменил и зачал в этих незаконных отношениях ребенка. Вот и скажите мне, господин дознаватель, по чьей вине я на ногах стоять не могла?

– Действительно, это было провокационно, – согласился Степан.

– Но… как же так. Я же… – Игорек растерялся и что-то там лепетал. А Луиза продолжала нападение. Все таким же спокойным тоном она спросила:

– А ты точно знаешь, что ребенок именно твой?

– Это в каком смысле? – мой бывший муж резко побледнел.

– Ну, ты свое отцовство проверял какими-нибудь артефактами? А то ведь Вероничка твоя явно девица молодая, возможно, даже по твоему мнению, красивая. А ты, дорогой, уж извини, свой лоск давненько подрастерял.

Луиза вдруг повернулась в мою сторону. А потом протянула руку ко мне. Дальше реальность передо мной будто поплыла. Луиза же продолжала:

– Да ты сам на себя посмотри!

Я вдруг оказалась совсем близко от ее лица. И поймала взгляд Луизы. Сначала равнодушный, а потом удивленный.

Получается, Пумиш перенес меня в зеркало Луизы!

Новая Луиза Сергеевна Крутикова смотрела прямо мне в глаза. И я не сомневалась – она меня видит.

Бывшая леди Ренли хмыкнула и подмигнула мне. Поставила зеркало на место. А потом продолжила с такой язвительностью, какой во мне не было никогда в жизни. Ни единого намека на слабость и неуверенность.

– А, впрочем,нечего тебе лишний раз расстраиваться. Человек ты немолодой, взглянешь на себя критически, поймешь, что и впрямь вряд ли девица в самом соку так уж стала бы гоняться за твоим семенем, чтобы род такой неказистый продолжить… Глядишь, и сердечко прихватит. Не стану добавлять работы этим милым докторам.

Игорюня вначале покраснел, а потом побледнел и пятнами пошел. Во время этих чудных метаморфоз мой бывший муж хватал ртом воздух, как выброшенная из аквариума рыбка.

– В чем ты подозреваешь Веронику? – он пробовал сказать это возмущенно, однако предательски дал “петуха”.

– Веронику? Женщину, что спала с женатым мужчиной, оскверняя его брачное ложе, понесла вне супружества и заявилась на развод? Полно, разве я могу в чем-то подозревать столь добродетельную особу? Конечно же, она должна быть весьма добросердечной и честной.

Я любовалась этой ведьмой. И внимала каждому ее сочащемуся отборным змеиным ядом слову, чувствуя себя ее слабым отражением.

Если б Игорьку изначально досталась такая жена, у Веронички не было бы шанса!

Крутиков посмотрел сначала на следователя, затем на врача, словно ища у них поддержки. Однако мужская солидарность в этом случае отчего-то не сработала.

– Луиза Сергеевна, вы считаете, что действия вашего бывшего мужа, Игоря Семеновича, оказали на вас моральное давление и в конце концов, привели к падению с лестницы? – строго спросил Степан Копытов.

– Как вы верно все говорите, господин дознаватель! – восхитилась Луиза. И глаза ее засияли.

Я поняла, почему за ней в ее мире так мужики увивались. Она умеет словом отхлестать врага и приласкать того, кто ей может пригодиться.

Надо бы попросить Пумиша еще пару раз слетать в мой прежний мир хотя бы в виде тени, взять мастер-класс у леди Ренли.

Вместе с восхищением я почувствовала еще и облегчение. Игорек в надежных руках. Я буду отомщена, можно не сомневаться.

– Луизе Сергеевне нужно отдыхать, – спохватился доктор Петренко. Он хоть и был лет на десять моложе меня прежней, но уже смотрел на Луизу чуть ли не с обожанием.

– Гражданин Крутиков, приглашаю вас для дальнейшего разговора, – сухо обратился к Игорьку следователь, – Луиза Сергеевна, я еще вернусь, прошу простить за беспокойство. Выздоравливайте.

– Сделайте мне одолжение, называйте меня Луиза, – новая версия меня попросила это уже откинувшись на подушки и сделав голос чуть слабее.

Мужчины уже выходили, когда Игорек обернулся на пороге и проскулил:

– Лушенька… Луиза… А если, правда, ребеночек у Веронички не от меня?

– Даже не сомневайся, дорогой. Он не от тебя.

Игореша всхлипнул и захлопнул дверь палаты за собой.

Как же она хороша, чертовка!

Между тем Луиза вновь взяла меня, то есть зеркало в руки, внимательно всмотрелась и сказала:

– Что ж, я вижу, мое прекрасное тело продолжило жить и без меня. И как я понимаю, теперь в нем обитает робкая овечка. Пумиш нашел способ перенести тебя сюда?

– Да, – ответила я, не зная, услышит ли Луиза мой голос.