Внезапно один из людей Салема резко поднял оружие и направил его прямо на Калида. Елена вскрикнула, но Калид молниеносно заслонил её собой. Раздался громкий выстрел, и зал заполнился криками и шумом.

Елена в ужасе увидела, как Калид пошатнулся и упал на колени, прижимая руку к боку, откуда на его одежду уже начала просачиваться кровь.

– Калид! – отчаянно закричала она, подбегая к нему и опускаясь рядом. – Нет, пожалуйста!

Салем с холодной улыбкой смотрел на происходящее, явно удовлетворённый исходом.

– Вот и всё, брат. Теперь ты понял, кто из нас сильнее?

Калид с трудом поднял глаза на брата, его взгляд был полон боли и гнева, но он всё ещё выглядел решительным.

– Ты можешь ранить меня, Салем, но ты не победишь, – произнёс он с трудом, сцепив зубы от боли.

Елена держала его за руку, пытаясь остановить кровь, её глаза наполнялись слезами отчаяния. Она чувствовала себя беспомощной и потерянной. Но внутри росло чувство решимости. Она выпрямилась, закрывая Калида собой.

– Ты заплатишь за это, – яростно сказала она Салему, в её голосе звучали боль и гнев. – Ты пожалеешь о том, что сделал.

Салем лишь рассмеялся в ответ, махнув рукой своим людям.

– Заберите их. Я хочу, чтобы они увидели, как разрушается всё, во что они верили.

Елену и Калида грубо подняли с пола, ведя в неизвестность. Она с ужасом понимала, что это может быть конец всего, что было для неё важно. Но в её сердце появилась новая решимость: она не сдастся и не позволит злу одержать победу.

Пока они шли, она тихо шептала Калиду слова поддержки, стараясь передать ему всю свою любовь и веру.

– Я с тобой, Калид. Мы справимся, слышишь? Мы победим.

Он слабо сжал её руку, и в его глазах зажёгся слабый, но твёрдый огонь решимости.

– Я знаю, – прошептал он, собирая последние силы. – Пока мы вместе, они нас не сломят.

***

Их доставили во дворец Салема, но медицинская помощь прибыла лишь спустя несколько долгих часов ожидания, которые показались Елене вечностью. Это время она провела, пытаясь остановить кровотечение и поддерживая Калида, чьё состояние ухудшалось с каждой минутой.

Она не отходила от него ни на шаг, следила за каждым движением, за каждым вдохом. Когда Калид пришёл в сознание, его губы дрожали.

– Всё пошло не по плану, – прошептал он. – Это может изменить весь политический баланс.

– Но ты жив, – прошептала она. – И это главное.

Он покачал головой.

– Для моего народа – я не имею права быть слабым. Ранение – знак уязвимости. Это может стоить мне трона.

Елена вглядывалась в его лицо, в его глаза. И вдруг почувствовала тяжесть.

Он не просто мужчина, которого она любит. Он – символ. Целая страна стоит за ним. Традиции, правила, система, где даже любовь может быть опасной.

Она вдруг поняла: быть с ним – значит бороться не только за их чувства. Но и против мира, который не примет её рядом с ним.

И всё же она не отступит. Не сейчас.

Пока он был жив, она будет рядом.

Даже если это стоит ей всего.

Елена взяла его ладонь и крепко сжала. Он открыл глаза и слабо улыбнулся. Между ними не было слов. Но всё было сказано.

И в этой тишине рождалась новая сила.

Та, которая не боится боли. И не боится правды.

Елена сидела на полу рядом с кроватью, крепко сжимая руку Калида. Его ладонь была прохладной, но дыхание ровным и спокойным, благодаря своевременной медицинской помощи, оказанной сразу после ранения. Комната, в которую их поместили, была небольшой, уютной, но охраняемой со всех сторон. Несмотря на комфорт, они оба прекрасно понимали, что это была тюрьма – пусть и золотая, но всё же тюрьма.

Калид медленно открыл глаза и посмотрел на неё. Его взгляд был ясным, хотя в нём отражалась усталость и глубокая задумчивость.

– Елена, прости, что тебе приходится проходить через это со мной, – тихо сказал он, нежно поглаживая большим пальцем её руку. – Я обещал защищать тебя, а вместо этого ты оказалась здесь.

Она покачала головой, мягко улыбнувшись:

– Ты не виноват. Это наш выбор. Я хочу быть рядом с тобой, что бы ни случилось.

Он улыбнулся в ответ, и его глаза потеплели:

– Знаешь, именно твоя сила даёт мне возможность не сдаваться. Ты мой свет, Лена.

Она прижалась к его руке щекой, пытаясь удержать слёзы:

– Мы справимся, я верю. Главное, чтобы ты восстановился. Нам ещё предстоит многое сделать.

Он улыбнулся ей и в его взгляде отражалась нежность, смешанная с отчаянием и глубоким сожалением.

– Ты заслуживаешь лучшего, – тихо произнёс он, едва слышно.

Она решительно покачала головой, и её голос прозвучал твёрдо и уверенно:

– Нет, Калид, ты лучшее, что случалось в моей жизни. Я не жалею ни о чём. Мы справимся, я обещаю тебе.

Он нежно коснулся её щеки, его пальцы были холодными, но прикосновение всё равно согревало её душу.

– Ты такая сильная, – прошептал он, его глаза вновь начали закрываться от слабости. – Я люблю тебя.