- Я ездила к маме на неделю, а когда вернулась, то увидела в холодильнике начатую банку сгущенки. На-ча-тую! – она произнесла слово по слогам. – Муж не ест ее, свекровь терпеть не может сгущенку, ее только я ем. Вот и получается, что в мое отсутствие он привел в дом какую-то девицу, а эта нахалка ела мою сгущенку.

- Вам сгущенки жалко? – спросила я.

- Да причем тут «жалко»! – расплакалась она. – Сгущенка – это улика! Я поймала его с поличным. Семья разваливается… Он хочет от меня уйти к этой девице и оставить ни с чем!

Она вытащила из кармана платок и начала громко сморкаться. Такая милая девочка! Такая воспитанная!

Я приготовила для нее зелье для обновления чувств супругов, произнеся над чистой родниковой водой заговОр любовной тоски, а это коренным образом отличается от приворота. Приворот связан с насилием над душой человека, по отношению к которому он исполнен, поэтому и относится к «черной» магии. Как говорят юристы – порок воли. Я этим не занималась никогда.

Очень хотелось соврать: нет, я ее знать не знаю. На нет и суда нет. Однако этот человек, сдерживающий свои эмоции, проявляющий некоторые признаки воспитания, обещал мне большие проблемы в профессии юриста и моей колдовской практике. Я думаю, нам стоит попробовать найти общий язык.

- Да, ваша супруга приходила ко мне, - призналась я. – С чего вы взяли, что она просила сделать приворотное зелье? Валерия просила сделать оберег, но его сложно изготовить и мы договорились, что я сделаю отвар от тревог и хорошего сна.

Ни одной эмоции на лице. Очень интересный человек. Такого рода люди всегда на первых ролях в любого рода дискуссиях, но не из-за красноречивости, а в силу неоспоримости приводимых ими аргументов.

- Первое, - уверенно и твердо сказал он, – вы узнали на пробирке свою наклейку, Анастасия Алексеевна. Второе: из той пробирки в вашем присутствии эксперт, который приедет, как только я дам ему поручение по телефону, возьмет образец и докажет, что это приворотное средство, изготовленное вами. Третье: получив подтверждение, я направляю заявление на вас в инквизицию, Управление по вопросам магии, шабаш, Общину ведьм. Большое количество проверок гарантирует даже минимальное число проблем для вас. Скажите мне, вам нужно это?

- Нет.

- Тогда предлагаю вам в течение трех суток исправить ошибку.

Ого, срок теперь увеличен на целые сутки. Деловой человек не чужд компромиссу в переговорах.

Мне не удалось ему объяснить, что я не занимаюсь черной магией, а его жена получила вполне безобидное средство, потому что в приемной раздался визг Юли.

Я метнулась к двери, но Князев перехватил меня, он взял меня за локоть:

- Мы не договорили.

- Вы не слышали крик моего секретаря? Нужно посмотреть, что там происходит, может, помощь нужна. Может, на нее напали, и убить хотят?

Сейчас было бы неплохо немного накалить обстановку, чтобы отвлечь внимание моего посетителя. Я открыла дверь, едва не стукнув дверью Юлю. Она смотрела на меня с ужасом в глазах.

- Он умер, - прошептала секретарь, указывая рукой на валявшегося у входа в приемную мужчину. – Открыл дверь, посмотрел на меня и свалился. А потом пришел о-о-он…

- Он? – спросил Князев.

- Лихо одноглазое, и сказал, что этот, - она показала на лежавшее тело, - доставлен для Анастасии Алексеевны.

Бред какой-то! Лихо, доставка… Я подбежала к мужчине, который лежал идеально ровно, будто не свалился мешком на глазах у Юли, а кто-то бережно его уложил. Раз уж здесь был Лихо, то это он мог его и уложить.

Я склонилась к мужчине, он не дышал.

- Это любовник моей жены, - сказал Князев. – Нужно вызвать полицию.

Тут бы сказать: «Занавес!» Но, похоже, все только начинается.

Его хладнокровие и немногословность сейчас мне импонировали, потому что я-то как раз растерялась и разволновалась. Труп в моем офисе, который, как выяснилось, при жизни был любовником жены моего посетителя, означал для меня неминуемое расследование и серьезные репутационные риски в моей магической юридической практике.

Князев как и сказал, вызвал полицию «скорую». Пока я приходила в себя, он велел Юле «накапать» мне и ей чего-нибудь успокоительного.

Я отказалась, потому что чуяла как ведьма магическое происхождение смерти. Лежавший передо мной мертвый мужчина – молодой, до тридцати лет, спортивного телосложения, даже немного худощавый, и приятной наружности – был убит через черное колдовство.

Склонившись над телом, я увидела, что вокруг губ у него расплескались маленькие черные крапинки-точки – верный признак применения порчельного зелья.

- Наверное, инквизицию вызвать было бы правильнее, - наконец сказала я. – Как ведьма могу сказать, что мужчина убит колдовским способом.

Князев сосредоточенно разглядывал труп, а потом перевел взгляд на меня.

- В этом кабинете только один человек обладает магическими способностями – это вы. Значит, у инквизиции будет первый подозреваемый. Будем надеяться, что вы, действительно, безграмотная ведьма, и ошиблись.