— Только друзья? — спросил он, и его голос стал ниже.

Я сглотнула, чувствуя, как мои губы от волнения пересохли.

— Абсолютно, — солгала я. — Прекрати меня допрашивать. Не понимаю, чего ты добиваешься? Что хочешь от меня услышать?

Максим сделал еще один шаг вперед, и я оказалась прижатой спиной к дереву. Его руки уперлись в ствол по обе стороны от моей головы, блокируя пути к отступлению.

— Я хочу знать, что ты на самом деле чувствуешь, Василиса.

Воронцов настолько вплотную подошел ко мне, что я ощущала его дыхание на своей коже.

Пришлось закрыть глаза, чтобы сосредоточиться и собраться с мыслями.

Часть меня хотела оттолкнуть его, напомнить, что нас больше ничего не связывает. Зато другая часть, та, которую я старательно пыталась игнорировать, жаждала его прикосновений.

— Мне нечего тебе сказать, — выдавила из себя и открыла глаза, встречаясь с его проницательным взглядом.

— Если подумать? — произнес он, и в его голосе звучала легкая хрипотца.

Воронцов медленно наклонился ниже, и его губы оказались в нескольких миллиметрах от моих.

Дыхание перехватило, и я заворожено уставилась на него.

От необдуманного поступка меня спас громкий хруст ломающейся ветки.

Немногим позже раздался голос Женька, зовущего меня:

— Василиса! Хватит дуться! Возвращайся к костру!

Максим негромко выругался и отступил, увеличивая между нами пространство.

Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоить бешено стучащую в висках кровь.

— Нам лучше вернуться, — произнесла я, стараясь выглядеть уверенно.

— Как скажешь, — не стал спорить Воронцов.

Но прежде чем мы двинулись обратно к лагерю, он взял меня за руку и заставил остановиться.

— Мы еще вернемся к этому разговору, принцесса, — предупредил он меня вполголоса. — Поговорим позже.

Я кивнула, не доверяя своему голосу, и мы направились обратно к костру.

Когда мы вернулись, Женя и Светка вовсю играли в «Правду или действие» у костра. Судя по их раскрасневшимся лицам и приглушенным смешкам, игра успела набрать обороты.

— Вот и наши беглецы вернулись! — воскликнула Света, заприметив нас. — Присоединяйтесь!

— Почему бы и нет? — с легкой иронией сказал Воронцов.

Прежде чем я успела отказаться, он успел сесть на бревно и настойчиво потянул меня за собой. Пришлось сесть рядом с ним.

Неприязнь Женька к нему, нарастая с каждой секундой, вышла на новый уровень.

Он не сводил с Максима злющих глаз.

— Отлично! — ничего не замечая, обрадовалась Света. — Тогда давайте продолжать! Василиса, правда или действие?

Я на секунду задумалась.

Зная Светку, от нее можно было ожидать чего угодно.

— Правда, — предпочла выбрать наименее безопасный вариант.

Глаза подруги полыхнули торжеством, и я сразу пожалела о своем решении.

— Превосходно, — пропела она и сделала драматическую паузу, и лишь потом заговорила вновь: — Расскажи нам о своих чувствах к Максиму.

Женя подался вперед, заинтересованный моим ответом.

Воронцов не проявил никакого интереса, как будто выданное мне задание его совершенно не удивило.

Усилиями Светы, по сути, мы продолжили наш неоконченный разговор.

— Понятия не имею, с чего начать, — произнесла осторожно. — Сначала мы познакомились, несколько дней провстречались, потом расстались. Ничего необычного. Сейчас мы... — я замолчала, не зная, как закончить фразу.

— Друзья? — предположила Света с ощутимым сарказмом в голосе.

— Верно. Друзья.

Подруга недоверчиво фыркнула.

— Я тебе не верю.

— Почему?

— Ты не до конца честна с нами, — настаивала Света. — Вы постоянно с Максимом уединяетесь, отгораживаетесь от нас. Ночь и ту планируете провести вместе.

— Потому что мы друзья, — устало повторила я.

— Не убедила.

Я рассердилась и тряхнула головой, понимая, что мне не отвертеться.

— Радуйся. Ты поймала меня. Я не знаю, как описать свое отношение к Максиму, — призналась честно и, помолчав немного, продолжила через силу: — Знаю только, что Максим важен для меня. Очень. И я дорожу нашим общением.

Я почувствовала, как его пальцы слегка сжали мое колено, и этот едва заметный жест сказал мне о многом.

Неожиданно для самой себя я накрыла его руку своей.

Мои пальцы при этом дрожали, выдавая волнение, которое я с огромным трудом старалась скрыть. Несколько секунд мы сидели не двигаясь, боясь спугнуть момент.

Я-то точно.

Наконец, набравшись смелости, подняла глаза.

Максим смотрел на наши руки с нечитаемым выражением лица.