— Жень, чего ты как маленький? — Она с удвоенной энергией вцепилась в локоть Максима. — Подумаешь, планы немного поменялись. — Она закусила губу и добавила с хитрой улыбкой: — Ты сам сказал, что в твоей машине не осталось свободного места. Тогда интересно, куда мы положим пакеты с продуктами? В джип Максика всё запросто влезет!

Я заметила, как у Женьки пальцы сжались в кулаки.

Он находился на пределе.

— Света, — процедил он.

Закончить мысль ему не дали. Максим обратился к нему:

— Прекрати срывать зло на девушке. Я никуда с вами не поеду.

Его невозмутимое поведение особенно контрастно выделялось на фоне Женькиного кипения.

Света хихикнула и от умиления прижала голову к его плечу.

— За меня никто раньше не заступался, — протянула она, со злорадством глядя на Женька. — Не обращай на него внимание, Максик. Он давно сохнет по Василисе и оттого бесится. Ещё он завидует твоему джипу.

— Мне плевать на его джип! — Вскинулся Женька, резко дёрнувшись вперёд, откидывая притворство. — Мы втроём договаривались съездить отдохнуть у озера! Втроём! Про него речи не шло.

В этот момент я поняла, что если не вмешаюсь, то ничем хорошим наша встреча не закончится.

— Женя, можно тебя на минутку? — Кивнула в сторону кухни, надеясь, что он поймёт намёк.

И не ошиблась в нём.

Бросив последний недовольный взгляд на Максима, он неохотно последовал за мной.

Довольная нашим уходом подруга ринулась в атаку. Кончики её пальцев пробежались по пуговицам на рубашке Максима, якобы стряхивая несуществующие пылинки. Перехватив её руки, он отвёл их от себя.

Света продолжала обвивать Максима своим вниманием, подобно надоедливому плющу.

Как только мы оказались вне поля зрения остальных, я повернулась к Женьку:

— Послушай, я понимаю, в прошлом у вас с Максимом имелись разногласия. Но я предлагаю на время забыть о них. Максим больше не представляет для тебя угрозу. Мы расстались. Хватит улыбаться, — шикнула на него. — Нас с тобой ничего не связывает, кроме дружбы. Давай забудем об обидах и проведём этот день в приятной компании?

Я попыталась улыбнуться как можно более беззаботно.

Ничего не вышло.

Женька нахмурился сильнее:

— Проведём приятно день? Со столичным выскочкой? Василиса, неужели ты не замечаешь, как он себя ведёт? Как будто он здесь главный.

Я вздохнула.

Мой ухажер снова ревновал.

— Женя, послушай. Максим завтра уедет, и ты о нём не скоро услышишь. Попробуй наладить с ним контакт. Ради меня, пожалуйста.

Я заметила, как его лицо смягчилось при этих словах.

Женя испытывал ко мне нежные чувства, и я чувствовала себя, и я чувствовала себя немного виноватой, используя это.

К сожалению, в нынешних условиях главное было сохранить мир.

— Уговорила, Василиса. Ради тебя я готов потерпеть его, — шумно выдохнув, смягчился он. — Но если он начнёт меня задирать.

— Не начнёт, — уверенно заверила его. — Теперь предлагаю вернуться к остальным и сделать вид, что ничего особенного не произошло.

Мы вернулись в прихожую, где Света навязчиво пыталась привлечь внимание Максима, а того куда больше интересовали картины на стенах.

Услышав наши шаги, он повернулся к нам, и моё сердце сделало кульбит.

Благо я быстро взяла себя в руки.

— У нас отличные новости, — громко сказала я, привлекая к себе внимание. — Максим едет с нами!

Мои слова произвели разный эффект.

Света радостно взвизгнула. Женька сильно нахмурился. Максим, напротив, сохранял непроницаемое выражение лица.

Только его взгляд стал острее, пронзительнее.

— Разве я давал согласие? — произнес он низким, властным голосом, от которого по спине пробежал холодок.

— Я думала, ты обрадуешься, — ответила, вскинув бровь. — Или ты предпочитаешь остаться здесь наедине с моей подругой?

Максим окинул меня оценивающим взглядом, в уголках его губ появился намёк на усмешку.

— Ты, как я погляжу, Василиса, всё решила за меня?

— Не переворачивай. Я всего лишь проявила гостеприимство. Разве не этого ждут от радушных хозяев?

В его глазах сверкнул интерес.

— Раньше тебя мало заботил мой досуг, — произнес он, делая шаг ко мне.

Светка хвостиком потянулась за ним, он остановил ее взмахом руки.

— Надо когда-нибудь начинать, — ответила я, не отступая. — Ты против?

Максим насмешливо приподнял брови.

— Вовсе нет, — протянул он. — Считай, ты меня заинтриговала. Надеюсь, я не пожалею о том, что позволил тебе то, чего не позволял никому.

— Максик, о чем ты говоришь? — прозвучал обеспокоенный голос подруги.

— Я позволю Васильку принять за меня решение.

— Я не…

— Ты не… — предложил мне продолжить Воронцов.

Напряжение между нами настолько сгустилось, что его можно было буквально пощупать.

Нас спасло вмешательство Женька.