Я как раз рассказывала что - то смешное, когда воздух вдруг резко наэлектризовался, а голоса стихли,
Растерянно обернулась и тукнулась глазами в Заура.
Немая пауза.
Он в костюме с иголочки. Напыщенный и шикарный.
И мы в муке...
Его взгляд как всегда остро полоснул по мне без слов.
Только было подумала, что нужно что - то сказать, но...
Сама удивленно замерла, когда он, как ни в чем не бывало, стянул с себя пиджак, закатал рукава и... молча двинулся к горам товаров.
- Список дай, - сказал мне, кивая на листок с перечнем того, куда что класть.
Нерешительно протянула...
Зато он взялся заполнять наборы решительно.
Дело снова начало спориться. С еще одной проворной парой рук.
Заур работал возле меня. При нем непринужденно болтать уже никто не решился.
А еще всякий раз, когда он наклонялся и брал что - то из прописанного в списке, я чувствовала запах его парфюма и невольно смотрела на сильные руки...
Сама не заметила, как закончили.
Удовлетворенно осмотрели ряды коробок. Впечатляюще.
- Хорошая работа, ребята, - сказал Заур, - молодцы. Премию выпишу.
Можете сегодня пораньше уйти...
Все восприняли эти слова как индульгенцию, чтобы побыстрее свалить от всевидящего ока начальника.
Я тоже, разумеется.
Но тут же прилетело в спину: «Наташа, останься»...
И снова напоследок колкий взгляд коллег, которые еще десять минут назад были ко мне приветливо расположены...
Замираю.
Чувствую, как подходит сзади, когда мы остаемся одни…
- Ты большая молодец. Я даже не ожидал, что так справишься и по - человечески, а не формальной подойдешь к делу. Могла бы просто заказать готовое...
- Получилось втрое дешевле...
Он совсем близко.
Обходит меня и усмехается.
- Деньги мои экономишь?
Его шаг ко мне делает расстояние между нами неправильным в новом статусе.
Автоматически я делаю шаг назад...
- В коллективе уже шепчутся о нас. Твоя секретарша... И ребята... зачем ты дополнительно создаешь эти поводы? Кто еще в горы поедет? Мне неудобно... неправильно все это, Заур. Ты обещал...
Он быстро протягивает руку к моему лицу.
- У тебя мука на всю щеку, - я просто хотел вытереть, - перебивает меня, - в горы кроме нас не едет никто, потому что там свой филиал и свои сотрудники, которым будет поручено организовать мероприятие.
Сплетничают в нашей республике всегда и везде. Если бы я слушал каждую сплетню про себя, то только бы этим и занимался. Выдыхай, Наталья. Никто неуважительно к тебе тут отнестись не позволит...
- Ты хочешь сказать, что ты не позволишь? - вскидываю подбородок, -
дядя Ренат тоже так говорил, но все равно на мою маму смотрели, как на...
Слова глохнут в горле.
- Ты не твоя мама, Наташа... - смотрит мне в глаза. Остро и глубоко. - команда ребят, с которыми я работаю, старая. Это не люди отца, зашоренные своими стереотипами. Они были со мной еще тогда, когда меня только подпустили к бизнесу. И каждый тут отнюдь не идеальный и святой. Та же моя помощница, к слову, ушла от мужа, который ее бил. И проходит психотерапию. Я отношусь к этому с пониманием. Мой водитель инвалид.
Его на работу брать не хотели, я взял. Девочки, которые в бухгалтерии вызвались тебе помогать с продовольствием, детдомовские. Так что у всех достаточно своих скелетов в шкафу...
Я нервно киваю. Сама и не знаю, как реагировать на его слова. Вроде все гладко, а по факту...
- Я же все равно чувствую колкие взгляды...
- Ты просто красивая русская девушка, Наташа. Как можно на тебя не смотреть?
И опять этот взгляд. И опять эта острота, которая нам сейчас совсем не нужна...
Телефон в руках Заура начинает звонить.
Я невольно бросаю глаза на экран и вижу имя его невесты...
Он тоже видит, что я вижу...
- Внизу тебя водитель ждет. Домой поезжай. Выезд завтра в семь утра, так что лучше выспаться. И да, надень, пожалуйста, что - то из закрытого и национального. В гардеробе должно быть среди нового. Чтобы юбка в пол и платок, Наташа.
Киваю.
Мы едем в горы, еще и на публичное мероприятие. Я и сама не умалишенная, чтобы явиться в эту консервативную среду непокрытой.