«Куда уж мне передумать?!» — грустно вздохнула я, подбирая длинный подол шёлковой сорочки и связывая его в узел.

— Срамота, — ворчливо буркнула Тали, крепко придерживая лестницу. — Никогда не думала, что доживу до этого.

— Ты сейчас на своего деда похожа, — хмыкнула я, оказываясь, наконец, на земле.

На мои плечи тут же набросили тёмно-бордовый плащ.

— Эх, — поморщилась девушка, опустив взгляд на мои ноги. — Обувь-то я и не додумалась захватить. Нельзя мочить ваши туфельки, а сушить магией я умею только волосы…

— Успокойся. Я сниму их на береговой линии, — отмахнулась от сетований Тали. — Как и ночную сорочку и мило предоставленный тобой плащ. Спасибо, кстати. Обезболивающее захватила?

— Пожалуйста, — девушка тяжко вздохнула. — Всё взяла. Плащ снимать не надо. Он зачарованный. Я его специально для оборота взяла. Идём?

— Идём. Время — большая роскошь. А мне до рассвета хотелось бы успеть раза три обратиться…

Горничная громко фыркнула, едва поспевая спускаться за мной по лестнице, ведущей к берегу Радийского моря.

Когда оказались на присмотренном мною месте, мы перевели дыхание, убедившись, что за нами никто не бежит, а окна особняка так же мрачно чернеют на фоне звёздной ночи.

Быстро переодевшись, я застегнула плащ на голое тело и переступила с одной ноги на другую, сильно нервничая.

Драконица тоже спокойствием сейчас не отличалась. Странная вибрация в районе груди усиливала моё волнение. Зверь как будто приготовился, и это обнадёживало.

«Если мы будем с тобой заодно, нам никакие драконы не страшны, слышишь?»

Талана рядом суетилась, копаясь в сумке.

— Выпейте это, это… и это. Ещё оботритесь «холодковой» мазью. Хотя бы лицо, грудь и руки. Она вызывает онемение. Думаю, это поможет справиться с болью, когда вашу оболочку начнёт разрывать драконица.

Я читала об этом. В деталях. Чтиво о процессах оборота могло посоревноваться с произведениями Стивена Кинга. Просто жесть!

Наверное, причиной такого восприятия была моя реальность, где я обязана пройти все эти процессы лично.

Когда три пузырька с горькими микстурами были выпиты, я обработала руки, ноги и туловище вонючей мазью и сбросила обувь.

— Всё. Я готова. Отойди.

— Пф… — горничная снова фыркнула. — Не спешите. Первый оборот проходит медленно. Особенно в вашем случае. — Девушка быстро растеряла веселье, на самом деле волнуясь даже больше меня. — Присутствие обращённого дракона ускорил бы процесс. Сейчас нас здорово выручил бы мой дедушка, но вы не захотели рисковать.

— Всё. Не мешай, — я уныло шагнула вперёд, не желая обсуждать всё по новой.

Сделала три глубоких вдоха, как советовали в книге. Опустилась на колени…

— Нарекаю тебя именем «Сира»… на одном из языков моего мира оно означает «крепкий союз», — чуть-чуть отошла я от привычного ритуала, стараясь донести до драконицы, что я готова стать с ней единым целым не только ради того, чтобы воспользоваться её силой. — Мы нужны друг другу, Сира. И я готова тебя принять… Ate’ele!

«Выходи» на древнем драконьем наречии должно было запустить процесс призыва. Передумать после него было уже невозможно. Теперь либо слияние, либо я выгорю, став непригодной для всех драконов Уграса… что, если быть откровенной, не так меня и пугало.

Меня скрутило от боли, и я упала на руки, прерывисто дыша.

«Мама родная! Что ж так больно-то?!»

Стараясь не закричать от накатывающих приступов яростной боли, замычала, крепко стиснув челюсти.

Моё тело будто бы горело, разрываемое изнутри.

Изо рта брызнула кровь. Я закашлялась, припадая к земле.

Талана испуганно пискнула. В её глазах плескался ужас.

Я её понимала. Моё тело лопалось, как переспелая слива. Кожа шла трещинами. И не только кожа, но и мышцы, и эта агония доводила до исступления. Сколько бы я ни старалась стонать тише, крик то и дело срывался с губ, скручивая меня в немыслимые позы.

— Уууу… — подвывала, рыдая от боли, которую мне ни с чем не сравнить. Так больно мне не было НИКОГДА!

Я не знаю, сколько это длилось. Казалось, вечность.

Драконица продиралась по миллиметру, материализуясь из резерва в сверх существо.

Мне начинало казаться, что вот-вот моё сердце не выдержит и остановится. Адский процесс! Теперь понятно, почему драконы такие заносчивые! Пережить ТАКОЕ! Да ещё и неединожды!!!

— Ммм…

— Госпожа, — всхлипывая, прошептала Талана. — Чем вам помочь? Боги-драконы!

Я раздражённо мотнула головой, следя сквозь ослепляющую боль, как по левой руке «лезет» алая трещина, разрывающая плоть.

«Боги-драконы? Нееет… у меня своя вера. Она сохранила мне память и не дала забыть прошлое. А значит… я продолжу верить!»