— Демоны! — ругалась смуглая невысокая женщина. Тьма в её руках опадала грязью на мокрую тряпку, которую аир Дин потребовала сразу. — Как же много. Эван! Уберись. У меня не хватит и на тебя сил…

— Ничего. Лилия уже летит. Она меня «почистит». Концентрируйся на Кевине. Как он?

Татиэль с Сагаем переговаривались, борясь за жизнь своего друга, а я могла лишь не мешать, отчего чувствовала жутчайшую беспомощность.

Меня просто накрыло паникой. Самой опасной — тихой.

Я прижалась спиной к стене и медленно съехала по ней к плинтусу, обняв коленки обеими руками. Хотелось спрятать лицо в получившееся кольцо рук, но я не могла оторвать взгляда от Кевина. Казалось, если сделаю это, случится что-то очень плохое!

Дочь канцлера трудилась не меньше двух часов. Обессилела совсем, но не отступала, снимая разъедающее проклятие с Кея до последнего сгустка черноты.

Я выпала из реальности, проживая ужасные часы своей новой жизни.

— Эван, — спустя некоторое время прошептала девушка своими мертвенно бледными губами, — давай теперь с тобой.

— Ти, не надо. Побереги силы. Лиля…

— Заткнись и иди сюда, — рыкнула мулатка, спотыкаясь, но уже сама приближаясь к Сагаю, который к этому времени отсел от Кевина. Так как Хильсадара очистили, трогать его было опасно, потому что часть проклятия теперь гуляла по руке ледяного дракона. — Лучше вычистить это сейчас, а не запускать до прилёта Тим о Хиной. Эта срань нарастает с космической скоростью.

Пока аир Дин занималась бледным Эваном, я тихонько подползла к Кевину. Ноги совсем затекли, да только это не главная причина моего бессилия. Что-то подсказывало, что встать в полный рост я не смогу из-за того, что безумно перенервничала.

С трудом оказавшись рядом с Хильсадаром, прижалась щекой к его руке и тихо заплакала. Два часа рыдала, и вот опять! Откуда только эти слёзы берутся?!

Держать в руках ладонь Кевина было безумно волнительно.

Память… Она убивала меня, заставляя вспоминать то, что когда-то я уже была в подобной ситуации.

— Эмма, — моего плеча коснулся Эван.

Я оглянулась.

Мы остались в комнате одни. Сагай был уже чист.

— Что с ним будет, Эван? — спросила тихим шёпотом, боясь услышать страшное «молитесь».

«Ещё одного «молитесь» моя психика не переживёт!»

— Он же… Он поправится, правда?

Сейш Сагай прерывисто вздохнул, и это уже мне не понравилось.

Испуганно следя за его лицом, я с силой сжала руку Кевина, игнорируя собственную боль.

Сагай сглотнул, попытался улыбнуться.

«Отшутиться хочет», — поняла я.

— Конечно. Кевин — упёртый малый, — хмыкнул мужчина, стараясь спрятать от меня за насмешливой улыбкой страх и беспокойство за жизнь друга. — Так и знай!

— Эван… скажи правду.

Нарочитая беззаботность мигом спала с лица дракона.

— Шутки с проклятиями плохи, Эмма, но Дин — мастер своего дела. Она сделала всё, что было в её силах. Я отправил Татиэль отдохнуть. Твоя домоправительница разместила аир Дин в гостевых покоях по соседству. Ти проверит Кевина через время. Магией лечить его нельзя. Зельями тоже…

— Я… Гаррет мне объяснил.

— Угу, — вздохнул Сагай, запуская пятерню в волосы и ероша чёлку. — Всё теперь зависит от Кея. От его регенерации. Не драконьей — человеческой, — в груди сдавило от тревоги. — Дракона мы пока изолировали, чтобы не подпитывать возможные остатки Тьмы, — Эван кивнул на адамантиновый браслет. — Внутренности, конечно, чёрная мерзость потрепала ему сильно, и это усложняет дело.

— Спасибо, — поблагодарила ледяного принца за честность, чувствуя, как всё холодеет внутри от страха.

Взгляд Сагая зацепился за мою посиневшую руку, и дракон мигом нахмурился.

— Ты не была ещё у целителя? Эмма! О чём ты думаешь?! Хочешь, чтобы Кей мне голову оторвал, когда в себя придёт?! Быстро лечиться!

— Я… я не могу, — испуганно прошептала я, хватаясь покалеченной рукой за Кевина со всем отчаянием… до мушек в глазах. — Я не уйду, пока он не очнётся!

— Парочки! — возмутился тихо мужчина сквозь зубы, всплеснув руками. — Как же с вами тяжко! Страшно даже влюбляться! Вдруг такую же найду?!

Я проигнорировала мужчину, переведя взгляд на Хильсадара.

«О каких парочках тут можно говорить, когда человек умирает?!»

Через пять минут в комнату вошёл целитель Ростан. Его внезапное появление настолько удивило, что я даже не заметила, как меня отвели в сторону и подлечили ушиб, оказавшийся настоящим переломом кисти. Переломом со смещением!

Порезы от осколков к этому времени сами затянулись, но дедушка Таланы всё равно просканировал меня и, как показал осмотр, не зря. Пару осколков, застрявших внутри, пришлось извлекать примитивной работой скальпеля. Я потеряла прилично крови, поэтому меня напоили настойкой заживляющего зелья.