Не успела отойти и на десять метров, как в мою сторону ринулся тёмно-синий дракон. Галь Ханаан.

Капитан выбросил когтистые лапы в мою сторону, нависая, точно коршун…

Я приготовилась применить атакующее заклинание, которое выдоит мой резерв до капли, но другой дракон, такой же тёмно-синий, как Галь, схватил Ханаана за крылья, от души трепанул до хруста в костях и отбросил его в сторону покосившегося сарая.

«Кевин…»

Фиолетовые глаза сейш Хильсадара ярко горели в ночи.

Пара мощных взмахов крыльями, и передо мной на землю спрыгивает уже укутанный в плащ боевика губернатор Элерона.

Коснувшись моего лица, Кевин, всматриваясь в меня с тревогой в глазах, спросил:

— Как ты? Где болит?

Дрожа от адреналина, я бросилась в объятья мужчины, крепко стиснув его узкую талию.

— Я думала… думала…

— Тише-тише, малышка. Всё хорошо. Всё под контролем. Мы были рядом. Всегда рядом, — успокаивал меня Кевин, пока я всхлипывала, отпуская напряжение ужасного вечера, чуть не ставшего для меня бесконечной неделей сплошного насилия, которое Галь насмешливо обозвал «слиянием». — Разве я ушёл бы, оставив тебя без защиты? Нет! Никогда!

— Но… маячки…

— Пф! Чему нас Злобик научил, так это тому, что полностью полагаться на магию глупо. Помимо маячков и щитовых чар я прикрепил на каждую твою заколку чип. Это последняя разработка мастера Грегори, которая никакого отношения к магии не имеет. Если только совсем чуть-чуть. Чип передаёт сигнал, по которому я не только знал, где ты, но и слышал всё, что вокруг тебя происходит.

Тут Кевин поджал губы, бросив недовольный прищур в небо на льдисто-голубого дракона, сражающегося с яростью лютого зверя.

Крепко стиснув челюсти, Хильсадар процедил:

— Собственно, из-за услышанного мы не появились сразу. Я пытался закончить с этим похищением побыстрее, но Эван наложил на меня заклятие оцепенения, когда услышал о Тени. Так близко мы не подбирались к лидеру преступного мира… Я его понимаю, но всё равно очень зол! И чувствую вину перед тобой… Позволь посмотреть, что с твоей кистью, малышка… — Кевин ласковым движением вытер слёзы на моих щеках и бережно коснулся руки.

— Ох!

— Осторожно. Не дёргайся. Это вывих, — констатировал Кевин с мрачным взглядом, пока за моей спиной падали подельники Галя. Он до сих пор не пришел в сознание. Ханаан успел только обратиться и теперь лежал в высокой траве, не подавая признаков жизни. Судя по всему, Кей сломал ему крылья.

Каждое падение похитителей сопровождалось мини-землетрясением, но Кей словно не замечал ничего, бинтуя мои исцарапанные руки.

— Регенерация совсем не работает, — ворчал дракон, трогательно осторожно фиксируя повязки. — Твой резерв на нуле. Сейчас вернёмся в особняк, и я напою тебя своими личными настойками…

Кевин нагнулся и поцеловал каждый мой пальчик на левой руке, правую бережно поглаживая.

Я смотрела на своего спасителя и не знала, как взять под контроль тот коктейль эмоций, который всколыхнуло трепетное отношение Хильсадара. Хотелось просто плакать и обниматься.

Оценив моё состояние, Кевин потянулся ближе, и наши губы соприкоснулись, сбивая моё дыхание.

Кей просто коснулся моих губ, а у меня внутри будто Вселенная взорвалась!

«Поцелуй! Как давно я не ощущала ничего подобного!»

Хильсадар отстранился, с тревогой изучая мою реакцию.

А потом случилось это! Дикий ужас!

Прежде чем я поняла, что что-то фатальное происходит за моей спиной, Кевин бросил взгляд выше моей макушки, моментально побледнел, выругался и… и резко дёрнул меня на себя, меняя нас местами.

Что-то чёрное врезалось в спину Кея, и мужчина покачнулся, отталкивая меня.

Запрещённое проклятие. Сгусток чистейшей тьмы.

На моих глазах лицо Кевин резко преображалось. Сосуды проступали на коже чёрными прожилками. Радужка глаза резко почернела.

Кевин зашатался, но когда я дёрнулась, чтобы его поймать… хотя бы попытаться поймать, резко зарычал хриплым голосом:

— Нет! Стой на месте. Не касайся меня… нельзя.

Застывшая, в отчаянии смотрела, как Хильсадар падает, и его глаза закатываются.

— Проклятье! — рыкнул обратившийся Эван.

Добравшись до напавшего на Кевина, ледяной дракон схватил пошатывающегося Галя за шею и яростно зашипел:

— Сукин сын! Я лично убью тебя… после допроса!

Капитан Ханаан совершенно ненормально засмеялся.

— Она моя! — сквозь смех прохрипел точно спятивший Галь. — Моя либо ничья!

Прежде чем капитан предпринял ещё одну попытку бросить в меня проклятие тьмы, Эван скрутил его и сковал адамантиновыми наручниками.

Чёткие приказы принца Негрэша летели во все стороны, но я не слышала их.

Опустившись на колени, подползла к Кевину. Тревожно всматриваясь в почерневшее лицо мужчины, беззвучно роняла слёзы на траву.