Организация «Моё право» была мне знакома. Я много о нём прочитала, изучая пути к отступлению, в частности — выход из рода Глассар.

Но тут я решила просто слушать, помня, что Кевин, возможно, догадался о моём попаданстве.

«Если я права, то в общем и целом ситуация дурацкая. Из разряда абсурда. Все всё знают, но мы сидим и улыбаемся друг другу, прощупывая почву в огромном поле собственного заблуждения. Но… вдруг я ошибаюсь?! Представляю, как будет нелепо… "Кевин, ты догадался, что я — иная?" Пф!!!»

Мой взгляд нет-нет, да притягивался к профилю Кевина точно магнитом.

Сейчас Хильсадар был совсем другим. Полностью расслабленным, живым… Побратимы смеялись над губернатором Элерона, вспоминали совместное прошлое.

Улыбка Кевина заставляла что-то в моей груди переворачиваться. Что-то тревожное, неприятное.

«Они любят его, и Кевин отвечает им взаимностью, — дыхание постоянно сбивалось, сколько бы я ни пыталась его контролировать. — Любят ни чуть не меньше, чем я Колю. — Отодвинув от себя тарелку, в которой лишь поковыряла вилкой, схватилась за бокал белого вина. Кусок в горло не лез. — Нет. Если связь граней навредит личности этого парня, я себе этого не прощу. Мне с этим никогда не смириться! Я не буду так поступать с ним! — прерывисто вздохнув, осушила бокал до дна. — Видимо, Эмма, нельзя одну сказку протащить в другую…»

Одинокая слеза упала на рукав фиолетового платья. Пока никто не заметил, я смахнула солёный след, предательски оставленный ею на щеке.

Движение моей руки привлекло ко мне внимание Лилии.

— Эмма. Ой! Прости, — я чуть бокал от страха не уронила, пока эта лисица принялась объяснять свою якобы оговорку. — Так тебя звали бы в моём мире. Сколько лет живу на Уграсе, а нет-нет, да забываюсь.

Мужчины переглянулись, с трудом сохраняя невозмутимость на лице.

Лилия продолжила:

— Эммиэн, какие планы у тебя? Кевин нам сказал, что ты согласилась разорвать помолвку… Твой отец нормально отнесётся к твоему решению?

Пустой бокал как будто стал нестерпимо холодным. Хотела поставить его на стол, но Кевин тут же наполнил его снова.

Подарила болтуну «благодарный» взгляд, решаясь ответить честно.

— Мне всё равно, что подумает мой отец. Сразу после разрыва помолвки я собираюсь выйти из рода Глассар.

— Что?!

— Ты хорошо подумала, Эммиэн?

— А, по-моему, нормальное решение, — расслышала тихое согласие среди громких восклицаний.

Фраза принадлежала Агате, упрямо поджимающей губы.

— Что? — с вызовом спросила девушка, когда белокурая Таис опять на неё зашикала. — Встречалась я когда-то с лордом Глассар. Совершенно беспардонный хам, тиран и деспот. Он до сих пор ненавидит всех попаданцев за то, что его жена-полукровка чуть не сбежала с одним из наших…

Я притихла, вытаращив глаза.

О том, как умерла мать Эмми, Тали рассказала в двух словах: «умерла родами». А тут новые подробности вырисовываются.

— Да, — шумно вздохнула Лилия, косясь на меня, но обращаясь к Агате. — Странно, что ты помнишь Артура, ведь тебе было… сколько? Четыре года?

— Почти, — прищурилась девушка, глядя перед собой. — Дядя Артур был хорошим и порядочным человеком.

Таис с сожалением посмотрела на меня, объясняя подробнее:

— Когда Артур увидел леди Френ, влюбился в неё без оглядки. Особенно после того, как узнал, что живётся красавице Френ не очень сладко с буйным и несдержанным мужем. Они прониклись чувствами друг к другу. Их любви не помешало даже то, что Френи была по восьмом месяце беременности. Сказать Немиру о том, что Френи желает развестись, как ты понимаешь, было нереально. Ребята решились сбежать…

— До сих пор понять не могу, почему они не обратились к нам за помощью?! — мрачно вставил Кевин.

Я сидела тихо, не мешая посвящать меня в тайны родителей Эммиэн.

— В общем, как ты наверняка знаешь, всё закончилось плохо. Артура нашли повешенным за городом, а у Френи… у Френ начались преждевременные роды. — Таис положила руку на свой живот, и я только сейчас заметила, что женщина беременна. Совсем небольшой срок.

Дарий коснулся плеча жены, хмуро заканчивая эту сплетню:

— Последствия родов были так сложны, что твоя мать не смогла выжить, несмотря на магию семейного целителя.

— Бабушка, Дарий… Вы как всегда слишком дипломатичны, — цокнула языком Агата, игнорируя тяжёлый взгляд старших. Девушка посмотрела на меня. — До сих пор ходят слухи, что леди Френ умерла вовсе не из-за тяжёлых родов, а от побоев, которые собственно эти самые роды и спровоцировали. А целитель…Поговаривают, что он спасал дитя, а не жену лорда Глассара. Учитывая, что жена Немира была полукровкой, регенерация не справилась с объёмом травм, и…

— Хватит, — воскликнула я, сражённая наповал трагедией двух влюблённых и чокнутого Немира.