— Понятия не имею, голова кругом.

— А тут, к сожалению, мы вам с Платоном не помощники, вы должны сказать об этом вдвоём.

Вдвоём. Тяжёлый разговор с сыном снова откладывается, малодушное облегчение накрывает с головой. Мы ещё долго сидим с мамой, обсуждаем ближайшее будущее, подготовку к школе для Яшки, и я наконец отвлекаюсь. А утром будит напуганная мама со словами:

— Нигде не могу найти Яшку! Телефон дома, куда он делся, ума не приложу! Дед с утра не заглядывал, думал, спит.

От накатившей волны ужаса меня ведёт. Неужели он услышал наш разговор и решил сбежать? Ночью, один! Срываюсь с места, прочёсываю весь дом, хотя мама, конечно, это уже сделала. Но мне было необходимо самой убедиться. Куда он пошёл, зачем? Мало ли, что с ним могло случиться? Начинает колотить. Надо собраться, но я сейчас на грани истерики. Дрожащими руками набираю Платона, только он сможет сейчас успокоить, потому что мама тоже едва держится.

— Выезжаю, — говорит он, выслушав меня. Папа ушёл прочёсывать местность, соседям уже сказали, они тоже присоединились. Понимаю, что от суматошного бегания по посёлку толка будет ноль, и маму оставить не могу — давление поднялось. Так и сидим обе, смотрим друг на друга и верим в то, что Яшку скоро найдут.

* * *

Платон

Знаю немало людей, которые с размахом отпраздновали развод, мне же почему-то не до смеха. Когда Ядвига потеряла сознание, думал, с ума сойду, никогда такой слабой не видел. Понимаю, что причина была во мне, и совсем паршиво становится. Как до такого докатился? Сам себя не узнаю. Желание удержать её любой ценой превратило в мудака, манипулирующего ребёнком. И только когда она глаза открыла, понял — должен просто отпустить. Как бы ни было тяжело, надо уже принять ответственность за свои поступки. И прежде всего сообщить обо всём отцу. Про беременность пока ничего говорить не буду, дождусь результатов теста, но развод уже состоялся.

Отец назначает встречу в яхт клубе, нашёл окно для сына между деловой встречей и ужином с одним из партнёров. Наши встречи редко можно назвать приятными, эта — не исключение. Он даже не поднимается, когда захожу, только скупо кивает, не отрываясь от переписки по телефону. В отдельном кабинете накрыт небольшой стол с закусками и напитками. Если честно, выпил бы с удовольствием, но за рулём. Отец, конечно, знал об этом, но всё равно заказал алкоголь. Ничего нового, полное игнорирование чужих желаний и приоритет на его собственные. Я как со стороны на себя через двадцать лет посмотрел, неужели таким же стану? Да ни за что!

— Что у тебя за срочные дела? — спрашивает отец, откладывая телефон и наливая виски на два пальца.

— Мы развелись с Ядвигой. — Не вижу причин затягивать, лучше выслушать скорее, какой я никудышный сын, и свалить.

— Когда? — роняет тяжело. На меня эти холодные взгляды давно не действуют, поэтому отвечаю прямым, спокойным.

— Позавчера.

— Понятно. — Он залпом выпивает, отставляет стакан в сторону и закидывает ногу на ногу. — Значит, эта сука пошла до конца.

— Ты говоришь про мою жену и мать моего сына.

— Я говорю про расчётливую суку, которая сперва собрала сливки, когда тебя окольцевала, а сейчас хочет отжать часть бизнеса.

— Она ничего не собирается отжимать, на раздел имущества мы подали, а акции — твой подарок на свадьбу. — Отец никогда не относился к Ядвиге с теплом, но слушать, как её оскорбляет, не собираюсь.

— Как был безвольным телком, так им и остался, — брезгливо приподнимает губу. — Скажи ещё, что она святая. У тебя не хватило мозгов ни на то, чтобы походы налево скрыть, ни на то, чтобы жену в узде держать. И сына таким же вырастишь.

Думал, он кричать будет, но от презрительного тона коробит. На этого человека я всю жизнь равнялся, ждал, что когда-нибудь заслужу любовь, но он вообще на неё не способен.

— Каким вырастет Яшка, решать ему, но точно он никогда не станет похож на тебя, — поднимаюсь. Главное сказал, задерживаться не вижу смысла.

— Это будет решать мужик, которого она тебе на замену приведёт. Будет папой другого называть, а ты и дальше сопли на кулак наматывай.

Даже отвечать не хочу, просто ухожу. Адвокату с утра позвонил, сказал, чтобы отозвал иск. Да, может, Ядвига выйдет замуж за Егора, но из жизни сына не исчезну. Надо с риелтором встретиться: мы с Ядвигой решили, что продажей квартиры займусь я, ей и без этого забот сейчас достаточно. День проходит на суете, вечер — под болтовню Фила, который нашёл себе очередную девушку и восторгался её фигурой. Когда уже поймёт, что в женщине не внешность важна, а характер?