— Рада приветствовать, лорд ди Монтеро. Не подскажете, что вы здесь делаете и зачем пытаетесь натравить невинных людей на представителей власти? Ведь они пострадают, когда вы просто сбежите!

— Обоих! Пороть! Без всякой жалости! — гремел папин голос.

Мы с Эндрю только одинаково виновато вздыхали. Хотя оба по-прежнему были уверены в собственной правоте.

Инцидент в Веселой гавани окончился как-то… никак. Кто бы сомневался, что разоблаченный Эдвин предусмотрел пути отхода? Да он прямо с крыши спрыгнул куда-то в щель между домами и мгновенно растворился неизвестно где. А перед тем, как прыгнуть, гад такой, подарил мне сияющую улыбку и послал воздушный поцелуй.

Скотина. Да понимаю я, что он гадил, но по-настоящему ничем моей жизни не угрожал. Просто всеми силами пакостил и сделал все, чтобы мы быстро не выбрались из трущоб.

И это настораживало сильнее, чем если бы он всерьез пытался меня убить. Я знала, как Эдвин умеет ненавидеть. Я уже умерла, когда он решил, что жена ему больше не нужна. И сейчас его действия внушали мне непроизвольный страх. Зачем я ему живая? Особенно когда знаю о его планах, умею противостоять и не позволю собой манипулировать?

— Мелани! Не сметь витать в облаках! — Ой, это я зря, конечно. Папину бушующую заботливую ярость игнорировать нельзя.

— Да, папа, — кивнула я.

— Дорогой. — Дверь открылась, и вошла мама.

На нас с дядей она бросила полный осуждения, но в то же время понимающий взгляд, цыкнула, качнула головой.

Вошла она идеально вовремя: генерал Тейл уже выдал первый залп, теперь его можно успокоить.

Мама ловко подсунула ему чашку с чаем, заваренным вместе с успокоительным сбором, и папа послушно сделал глоток.

— Риона?

Прийти мама пришла, а зачем именно — не сказала.

— Все готово к отбытию, мой генерал. Столица ждет. У Мелани, если ты не забыл, вот-вот начнется учеба. Прогуливать с первого дня — форменное безобразие.

— Да, ты права, дорогая. Прогуливать недопустимо. Только… в академии будет этот подонок ди Монтеро.

Кажется, самое время поделиться своими мыслями по поводу использования Эдвином запрещенной магии.

— Кстати, я полагаю, учится он… не только в академии.

Мама бросила на меня всего один взгляд и с ходу поняла, о чем идет разговор:

— Домашнее обучение? Мели, ты ведь сама говорила, что маг из Эдвина посредственный. Для проведения ритуалов нужны умение концентрироваться, усидчивость, но отнюдь не мастерство.

— Я тоже так думаю. Но… Мне кажется, он искал и нашел что-то еще. Какие-то знания. Если вспомнить… — От напряжения слегка заломило виски, но я все равно сосредоточилась еще сильнее. — Меня во многое не посвящали, даже наоборот, муж следил, чтобы я не лезла куда не следует. Но некоторые оговорки, обрывки случайно услышанных бесед… не могу ничего сказать точно, но ощущение… И вот еще, заметьте: миссис Кокс провела ритуал перевода проклятия на ребенка еще во время беременности. Не думаю, что ее знакомству с Эдвином столько лет. Но откуда-то ведь она выведала, как провернуть такое? И не могла ли именно она послужить мостиком между ди Монтеро и кем-то, кто обладает нужными знаниями? Хорошо бы проверить эту ниточку.

— Проверим, козочка, обязательно проверим, — подал голос Эндрю, твердо ответив на пылающий папин взгляд. — Не шуми, старший брат. Твоя дочь была в безопасности, ты же знаешь, я скорее дам разорвать себя на куски, чем позволю навредить ей.

— Буду шуметь! — снова рявкнул отец. — Если ты думаешь, что меня обрадует твое тело, разорванное на эти самые куски, ты сильно ошибаешься! Ладно, об этом мы с тобой позже и отдельно поговорим, на полигоне.

У-у-у, не миновать дяде усиленных тренировок и зверских спаррингов. Впрочем, это нестрашно. Вон, судя по его улыбке, он точно не боится.

— Я буду поддерживать контакт с лейтенантом Соуквортом. И помогу ему с расследованием. Так что за все ниточки потянем и выясним, откуда падалью несет, — заявил он. — Мои связи — не пустое место, у ди Монтеро не получится со своей стороны замять дело.

— Я распорядилась, чтобы больного ребенка под присмотром милой дамы, покорившей сердце офицера Рейра, отправили в столичную клинику, — заметила мама. — Дорогой, я думаю, что нам в штабе не помешает хороший счетовод. Болезненно честный и слегка наивный, но очень дотошный и расторопный. Как считаешь?

— Конечно, мы заберем отца ребенка с собой, — кивнул папа. И я чуть не расплакалась. Как же я, дура такая, могла их не ценить в прошлой жизни? Идиотка малолетняя! — А если он будет полезен — честь ему и хвала, жалованье положу хорошее.