Жрица встретила нас не слишком охотно, но было ее ворчание показушным или искренним, я не разобрала, слишком уж умело она играла и меняла тональность, сбивая с толку. Я даже заподозрила, что женщина, уловив, что я пытаюсь ее читать, решила таким образом развлечься.

Главное, что к нашей проблеме она отнеслась со всей серьезностью.

— Призрак, говорите?

— Нет, — качнула я головой.

— М-м-м?

— Я не уверена, что «призрак» — правильное название, все же маг провел ритуал, в результате которого…

Я с трудом подбирала слова, потому что любая ошибка будет дорого стоить. Даже самый слабый призрак условно естественного происхождения, скажем, внезапная смерть и незаконченное дело, может неприятно озадачить. Мы же будем иметь дело с неизвестным ритуалом, проведенным в стенах храма.

— Слишком мало исходных данных, — вздохнула жрица. — Вы даже не знаете, в каком храме был проведен ритуал.

— Это имеет значение? — удивилась мама.

— Леди Тейл, вы не совсем правильно меня поняли. Вы правы, не так важно, какой именно храм Воды это был, важно, был ли это храм Воды или храм иного культа. Возможно, это был оскверненный храм. Я смею предположить, что юная леди сделала верное замечание. Вы столкнулись не с призраком.

Мы, разумеется, не упоминали имен, но проблему пришлось обрисовать подробно.

— Человек, который делился с нами сведениями, не мог солгать.

Жрица неизбежно поймет, о ком мы, но… риск оправдан.

— Человек не солгал. Какая же ложь, если причастные называют мага призраком? Ваш человек всего лишь использовал термин не в академическом смысле, а в бытовом. Кто виноват, что вы поняли ошибочно? Мы имеем дело не просто с призраком, с тенью личности. Мы имеем дело с душой, с самой личностью.

— А это в разы опаснее, — закончила я за нее. — В отличие от мертвой тени, живая личность может развиваться, меняться, становиться сильнее, опытнее.

— Именно, юная леди.

Голос, незнакомый и глухой, раздавшийся откуда-то со стороны двери, заставил меня окаменеть от непонятного чувства опасности.

Как ни странно, первой встрепенулась жрица. Она резко поднялась из-за стола, отступила на шаг, прижимаясь к стене и одновременно хватая ритуальный графин с водой — неизменный атрибут, сопровождающий жрецов храма Воды. Хрустальная пробка со звоном упала.

Мама тоже поднялась, и на кончиках ее пальцев заплясала магия.

Грант, не таясь, выставил щит, перерезавший комнату надвое. Я обернулась последней.

Прозвучавший голос был знаком, но… словно бы изуродован. К нему примешивалось что-то очень похожее на скрежет металла по стеклу. Голос вызывал омерзение.

Я поняла, кого увижу, раньше, чем обернулась.

Перед нами стоял мой бывший муж, только вот он совершенно не был на себя похож. Уж Эдвина я изучила. Не та поза, не та мимика, не тот взгляд.

— Ты одержим, — вырвалось у меня.

В ответ он растянул губы в усмешке, получившейся… кукольной. В том смысле, что движение получилось не естественное, а как у марионетки, которую кукловод дергает за веревочки.

Я почувствовала себя странно. Вроде бы моя реплика была адресована Эдвину, но он… а он вообще присутствует? В смысле, он одержим или душа Эдвина была вышвырнута из тела, чтобы освободить место для предка?

— Ошибаетесь, леди. В академическом смысле термин категорически неверный.

Я это и сама понимала. Призрак ничего нового не выдал, а по носу слегка щелкнул.

— И зачем вы здесь? — поддержала я разговор.

— Я хотел лично засвидетельствовать вам свое почтение, юная леди. Меня уже несколько веков не озадачивали так, как это сделали вы. Мои планы рушились. Признаться, мне потребовалось время, чтобы понять, что моим настоящим противником был не генерал Тейл, не герцог Ланчестерский, а вы.

Удивительно, но, говоря о почтении, призрак не издевался. Он с самым серьезным видом мне поклонился и отсалютовал старым имперским приветствием.

В ответ я сцепила руки в замок и слегка наклонила голову — приняла его слова.

— Справедливости ради, заслуги моего отца и герцога в наших победах не меньше.

Именно Грант рассчитал возможность вернуть душу в прошлое. Без него я была… дурой.

Призрак ответил легким кивком.

— Вы пришли только ради этого? — не поверил Грант.

— Что вы, герцог. Разумеется, нет. Поскольку именно леди Мелани раз за разом рушит мои планы, все здесь присутствующие должны умереть.