Вообще, думала, что муж непробиваемый, как каменная стена у неприступного форта, но – глядишь же! – внезапно коротнуло. С другой стороны, может, у него просто день с утра не заладился, а тут объявление в газете, нахальные просители и голые мужики в гостиной пляшут. Вот его и накрыло.

– Зря ты смеешься, хозяйка! – покачала она головой и, зажав почти опустевшую жестяную банку под мышкой, вытащила из оттопыренного кармана передника гирлянду из высушенных крупных чесночин. – Дай я на тебя надену оберег!

– Раиса, глубоко дыши. Вдох-выдох.

Я мягко подняла и опустила ладони. Служанка действительно набрала в грудь побольше воздуха и на выдохе проговорила:

– Но оберег возьми!

– Не глупи.

– Ну одну чесночинку! – взмолилась она. – Хоть зубчик разжуй!

– Господи, давай сюда свое ожерелье, – сдалась я, забирая бусы из чеснока. – Осиновым колом не надо запастись?

– Не надо! – энергично затрясла она головой. – Надо осиновой веткой! Моя бабушка говорила, а она в этих делах понимала. Машешь осиновой веткой, и все зло из дома уходит.

Здравый смысл подсказывал, что если я помашу осиновой веткой перед носом раздраженного мужа, то он действительно в два счета избавится от зла. В смысле, выставит меня из замка и глазом не моргнет.

К вечеру скептицизма во мне поубавилась, а тревожности прибавилось. Рокнест стремительно остывал, словно в самый разгар весенних заморозков в замке вырубили отопление. Пришлось накинуть теплую шаль, натянуть шерстяные чулки и попросить развести огонь в камине. Я бы шубу надела, но это выглядело бы странным.

Со светом тоже происходила страшная чепуха. Он буквально отказался проникать через окна! Казалось, время в замке текло по-иному, нежели за его пределами. В небе еще не погасла закатная розовая дымка, но в комнатах сгустилась ночная темнота.

Как назло, магические светильники зажигались с натугой, трещали, как при перепаде напряжения, а к часам восьми, когда на улице еще было светло, перегорели все лампочки. Просто с хлопком разлетались на фрагменты и таяли. В женских покоях пришлось расставить канделябры со свечами. Я почувствовала себя так, словно попала во средневековый замок. И в нем царила полярная ночь!

– Пойду проверю, что происходит в общих залах, – сказала я Раисе, начиная подозревать, что муж просто решил устроить сеанс воспитания энергичной жены. Отключил на женской половине отопление и перерезал магические провода.

Ничего подобного! Весь замок был погружен в темноту. В красной столовой Вернон разжигал камин. На накрытом к ужину обеденном столе светилась парочка трехрогих канделябров, а за окном спокойно засыпали тихие окрестности, окутанные вечерней полупрозрачной дымкой. В общем, обстановка казалась сюрреалистичной.

– И часто такое происходит? – уточнила я, нехотя признавая, что, пожалуй, не все слухи о моем муже всего лишь слухи.

– В последний раз в прошлом году случилось, – припомнил Верон и, держась за поясницу, распрямился.

В камине споро разгорался огонь. Вопреки всем законам физики, тени от язычков пламени, словно живые, растекались по всему обеденному залу и танцевали на стенах.

– Я поговорю с Фостеном, – решила я.

– Госпожа Мейн, поверьте моему опыту, темные дни безопаснее пережидать подальше от хозяина, – отсоветовал он. – Лучше запритесь у себя в покоях и не отзывайтесь на стук.

– Вернон, вы так зловеще говорите, что у меня волосы шевелятся, – призналась я. – Вы выставляете Фостена в очень странном свете.

– Он темный маг, госпожа Мейн. – Вернон обвел комнату рукой. – От темной магии пьянеет и превращается в монстра. Хозяин непременно придет за вами…

– Так, Вернон! – перебила я, почувствовав, как по спине действительно побежали мурашки, а волосы на затылке самым натуральным образом зашевелились. – Вынуждена опять задать один неприятный, но сакраментальный вопрос. Пожалуйста, только не лгите. Бывшие жены Фостена действительно живы и здоровы?

– Естественно, – высокомерно подтвердил он. – Они же его не злили.

– Справедливо, – кивнула я. – Полагаете, мне стоит обвешаться чесноком и завести осиновый кол?

– Вам, госпожа Мейн, – дворецкий окинул меня задумчивым взглядом, – не помешает.