— Ты можешь закончить всё без новых потерь, — произнёс он. — Площадь уже готовят. Жители увидят, как хранительница исправляет ошибку.

— Они увидят правду о тебе.

— Люди видят то, что сохраняет их дома.

Он коснулся кольца.

В чёрной сфере снова появилась моя прежняя комната. На этот раз окно было открыто, а за ним занимался рассвет. На столе лежали ключи. Дверь в коридор оставалась распахнутой, приглашая войти.

Я не отвела взгляд, но и не приблизилась.

— Это всё, что у тебя осталось? — спросила я. — Чужой дом и чужая семья под угрозой?

— У меня остался Аурем. У тебя — выбор между ним, драконом и собственной жизнью.

— Ты сам показал, что умеешь сохранять время районов. Верни южный квартал.

— После казни.

— Разорванная связь лишит тебя механизма.

— Если сумеешь её разрубить.

Он говорил уверенно, однако слишком быстро посмотрел на клинок. Мерод боялся настоящего назначения оружия. Значит, у нас действительно был шанс.

Я спрятала это понимание.

— Что будет с Сайласом до церемонии?

— Он останется жив. Мне нужна его добровольная сила.

— Ты её не получишь.

— Получу, когда он увидит, как исчезает следующий район.

Гектор встал рядом со мной. В этот раз он не касался меча.

— Жители западного квартала уже выходят, — сказал он. — Если вы его уничтожите, там не останется силы, которую можно забрать.

— В каждом районе достаточно времени, даже когда люди покидают дома, — ответил Мерод. — Камень тоже помнит прожитые годы.

Командир побледнел.

— Вы всё равно уничтожите квартал.

— Если хранительница откажется.

Мерод поднял руку. Голос золотых пластин разнёсся из дворца на улицы:

— До нового рассвета состоится последняя церемония. Рута Фальк получит возможность вернуть защиту Аурема. Каждый житель увидит её выбор.

Он опустил ладонь и обратился только ко мне:

— Казни его перед всем городом, и я верну тебя домой. Откажешься — к рассвету Аурема не останется.

Глава 9. Предательство по договорённости

— Я согласна, — сказала я.

Гул трёх колец заполнил паузу после моего ответа. Гектор повернулся ко мне так быстро, что край его плаща ударил по золотой колонне. Юна перестала дышать, прижав ладонь к стене, а Мерод смотрел без улыбки, словно хотел убедиться, что услышал именно те слова, ради которых триста лет перемалывал чужие дни.

В чёрной сфере продолжал существовать мой прежний дом. За открытым окном светлело небо, на столе лежали ключи, и знакомая дверь в коридор обещала путь в жизнь, где никто не называл меня Рутой Фальк.

Я не отвела взгляда от Мерода.

— Приготовь площадь. Я исполню приговор.

— Госпожа… — выговорила Юна.

Гектор сделал шаг ко мне.

— Вы видели, что находится в этом механизме. Видели южный район.

— Именно поэтому я согласилась.

Сказать это спокойно оказалось легче, чем выдержать выражение его лица. Командир ещё недавно выбирал приказ вместо сомнений, но теперь сам увидел, чем Мерод кормил чёрное солнце. Моя перемена казалась ему не трусостью, а сознательным возвращением на сторону человека, которого он только начал считать врагом.

Мне требовалось, чтобы так подумали все.

Мерод спустился с возвышения. Его кольцо мерцало рядом с чёрной сферой, и золотые потоки внутри механизма замедлялись, подстраиваясь под нового участника сделки.

— Повтори, что именно ты выбираешь, Агата.

— Возвращение домой.

— И цену?

Я посмотрела на место, где исчез Сайлас. Цепи увели его через правый выход, но серебряный след его силы ещё горел на внутреннем кольце.

— Настоящую казнь Сайласа Керна перед жителями Аурема.

Юна закрыла глаза.

Гектор больше не пытался меня остановить. Он стоял неподвижно, и в этой неподвижности чувствовалось осуждение, которое я должна была принять, чтобы Мерод поверил.

— Взамен ты удержишь западный квартал, — продолжила я. — Ни один район не исчезнет до завершения церемонии.

— Ты ставишь условия после согласия?

— Тебе нужна моя свободная воля. Если начнёшь уничтожать город раньше, получишь испуганную женщину под управлением клинка, а не хранительницу, которая сама выбрала удар.

Мерод прищурился.

Настоящая надпись в сердце чёрного солнца говорила о добровольной гибели связи. Он исказил её, однако продолжал зависеть от намерения участников. Без моего согласия ритуал мог повторить прежнюю казнь, но не передать ему полную силу Сайласа и не открыть границу между мирами.

— Западный район останется до церемонии, — сказал он. — Южный вернётся после завершения приговора.

— Вернутся и люди?

— Их время сохранено.

— Я спросила о людях.

— Если выполнишь свою часть.

Он опять избежал точного обещания. Я позволила ему решить, что ради дома готова принять и это.

— Мне нужно поговорить с Сайласом.