Сайлас снова накинул найденный плащ, скрывая лицо, но слух о свободном драконе уже разошёлся по Аурему. Люди шарахались от высокого мужчины с чешуйками на руках. Некоторые узнавали Руту и требовали объяснить происходящее.

— Уходите от дворца! — отвечала я. — Поднимайтесь на восточные террасы и не приближайтесь к тёмному свету.

— Вы освободили убийцу! — крикнул мужчина у канала.

— Вас обманули насчёт убийцы.

— Мерод сказал, что город погибнет без казни!

Сайлас взял меня за локоть, увлекая дальше.

— Сейчас спор не поможет.

— Его слова уже работают.

— Поэтому нам нужны доказательства.

Мы дошли до моста над северным каналом.

Вода под ним исчезла.

Каменное русло осталось сухим, а на дне лежала тонкая чёрная полоса. Она не поднималась вверх, как в прежние дни, а тянулась в сторону южного квартала.

Сайлас опустился у края.

— Сила уходит по линии.

— К чёрному солнцу?

— Через район.

— Мерод выбрал его платой.

Мы побежали к южным улицам.

Чем ближе становился рынок, тем меньше людей попадалось навстречу. Гектор успел вывести многих, однако часть жителей заперлась в домах, поверив объявлению Мерода о драконе.

Над крышами висел чёрный свет. Он не двигался волной. Пространство внутри него теряло цвет, превращаясь в серое пятно.

— Они ещё там, — сказала я.

— Мы не успеем вывести всех.

— Попытаемся.

Мы ворвались на рынок.

Навес уже потушили. Между прилавками оставались торговцы, собиравшие вещи, и несколько семей. Я направила их к восточному проходу. Сайлас поднялся на каменную площадку и раскрыл частичные крылья. Тёмно-красный свет прошёл по краям, привлекая внимание.

Люди закричали, но теперь увидели направление, которое он показывал.

— Уходите к мосту! — приказала я. — Не останавливайтесь!

Чёрное пятно опустилось ниже.

Край ближайшего дома исчез без звука. Каменная стена не разрушилась и не осыпалась. Её просто не стало. За срезом не было комнаты, мебели или соседней улицы — только пустота, в которой не отражался свет.

Сайлас спрыгнул с площадки.

— Агата, пора уходить.

— Там ещё люди.

Из переулка выбежала женщина с ребёнком. За ней появились двое мужчин. Мы помогли им добраться до моста.

Тёмный свет достиг мостовой.

Я ждала привычного начала паники, криков и волны, которая поглотит весь Аурем. Вместо этого граница замкнулась вокруг южного района.

Золотая сеть над городом натянулась.

Чёрное солнце дрогнуло.

— Сейчас будет возврат, — сказал Сайлас.

Я схватила его за руку.

Память должна была оборваться. Под ногами должен был возникнуть помост, а на моих запястьях — золотые знаки ритуала.

Но рассвет не пришёл.

Южный район исчез.

Дома, рынок, каменные улицы и оставшиеся внутри люди растворились в чёрном свете. На месте квартала возник глубокий провал с ровными краями. Каналы обрывались над пустотой, вода не падала вниз, а застывала у самого края.

Остальной Аурем сохранился.

Я продолжала стоять на мосту и держать Сайласа за руку.

— День не вернулся, — произнесла я.

Он смотрел на пустое место, где ещё несколько мгновений назад находились дома.

— Мерод изменил точку распада. Теперь петля не возвращает весь город. Она отдаёт его частями.

Над башнями вспыхнули золотые пластины.

Голос Мерода разнёсся по уцелевшим улицам:

— Рута Фальк отказалась от жертвы. Поэтому следующий район погибнет по её вине.

Глава 8. Сердце чёрного солнца

Объявление Мерода ещё катилось над крышами, когда люди на мосту повернулись ко мне.

Страх менял лица быстрее любого приказа. Несколько мгновений назад горожане бежали от исчезающего квартала, помогали детям и поддерживали стариков. Теперь им дали виновную, и часть толпы сразу ухватилась за простое объяснение.

— Она отказалась от казни, — произнёс кто-то за моей спиной.

— Из-за неё пропал рынок.

— Дракон подчинил хранительницу!

Сайлас не выпустил мою руку. Он переместился так, чтобы оказаться между мной и людьми, хотя сам был для них главным чудовищем. Под плащом обозначились края неполных крыльев, а по пальцам прошли тёмные чешуйки.

— Не превращайся, — сказала я. — Они увидят угрозу там, где Мерод велел её увидеть.

— Они уже видят.

На другом конце моста женщина прижала к себе ребёнка. Мужчина рядом поднял обломок камня, но бросить не решился. В провале за нашими спинами не было ни дыма, ни развалин. Южный район исчез настолько чисто, словно его никогда не строили. Только оборванные каналы и края улиц доказывали, что ещё недавно там жили люди.

— Мерод забрал район, чтобы удержать чёрное солнце! — крикнула я. — Казнь не спасала Аурем. Она возвращала день и позволяла ему снова брать силу города.

Кто-то услышал. Большинство продолжало смотреть на пустоту.

Голос правителя зазвучал вновь: