Магистр поморщился.

– Мог, конечно, в теории, – сказал он медленно. – Но больно уж теплая магия на артефакте. Скорее всего, его скрутил обычный недоучка-стихийник. Увижу ауру и скажу точнее. Для того, чтобы поднять упыря, необходим очень сильный дар некромантии.

Сначала мы закинули вещи в гостиницу, немного в отдалении от центра.

В отделении стражи нам не обрадовались, но, после предъявления документов магистра дель Моро, пустили в архив и выдали тонкую папку.

– У нас с этим делом негусто, – пожал плечами крупный страж порядка. – В городе только один маг. И он приличный человек. Правда, после той давней стычки с горцами, появилось несколько байстрюков от магов. Вот среди них и ищите.

В папке лежало всего несколько страниц.

– Это только те, что попадались на магии? – уточнил магистр.

Страж кивнул.

– Не хватало еще всякую шелупонь просто так отлавливать.

– Спасибо, – сухо сказал дель Моро стражнику и тот, пожав плечами, удалился за свой стол в углу архива.

Магистр разложил пять листов по столу, который нам выделили для изучения информации, и аккуратно достал найденный артефакт так, чтобы не увидел страж порядка.

Он принялся сверяться с блеклыми, но вполне различимыми цветными линиями на бумагах. Единственный маг явный слабосилок, но оттиски были выполнены аккуратно.

Магистр ткнул в одну из страниц. Я прочитала:

«Алан Никс. 22 года. Место жительства не установлено. Официально подтвержденного родства с магом нет. Лицензии на магическую работу нет.

Задержан 20.02.1445 г. за незаконное применение магии по анонимной жалобе.

Приговор – 40 плетей приведен в исполнение 25.02.1445 г.»

Ниже была прикреплена коротенькая корявая записка: «Мальчишка Никс с Болотного переулка задарма зачаровал старой Хельге дом от крыс. Одноглазому Питеру отвел привязавшуюся к дому кикимору. А мне отказал зачаровать кошель от карманников!»

Я тяжело сглотнула неожиданно поднявшуюся к горлу тошноту, покосилась на магистра, по щеке которого прокатился желвак.

Дель Моро сунул камень обратно в сумку, достал блокнот и призвал силу, чтобы аккуратно скопировать отпечаток ауры туда.

Когда мы вышли из отделения стражи, магистр поймал пролетку и велел везти к кладбищу на окраине трущоб. Извозчик сначала воспротивился, но за дополнительный серебряный согласился.

– Но обратно сами, – пробормотан он.

Магистр был серьезен и молчалив, только нетерпеливо постукивал пальцами по своему колену.

– А что с ним будет за этот артефакт? – спросила я.

Дель Моро задумчиво посмотрел на меня.

– Плети только за первый приход, – ответил он. – Если бы какая-то мелочь была, то руку бы отрубили. А так как к графу привел упыря, то, скорее всего, виселица.

Я испуганно прижала руки к губам.

– Но это же не он призвал упыря? В ауре не было ни единой серой линии, значит он не некромант.

– Сочувствуете ему? – хмуро спросил дель Моро, – Могли пострадать люди. Дети иногда ходят ночью на кладбище на спор, или парочка бы какая-то припозднилась, и все.

Я отвернулась к пробегающим мимо домам. Все равно это все казалось таким несправедливым. Слабосилок, оттиски которого еле видны, – уважаемый маг, а талантливый самоучка – преступник. Самое ужасное, что у парня и выбора никакого нет. В академию не возьмут, если родитель-маг не признал официально. А без обучения нет и лицензии.

Красивые светлые домишки постепенно превращались в грубые, каменные, а после и вовсе перешли в невнятные лачуги с щелями. Но скоро и они закончились. Возница остановился у поля с пожелтевшей, выгоревшей на солнце травой, усеянного валунами.

Так и выглядело кладбище для бедных. Свежие могилы еще были видны, а старые обнаруживались только по камням с выцарапанными на некоторых надписями.

– Думаете, упырь отсюда? – спросила я.

– Болотный переулок примыкает в трущобам, – сказал магистр. – Логично попробовать отсюда.

В теньке у куста разросшейся акации сидела подслеповатая старуха в сером застиранном платье с заплатками по подолу. Магистр дель Моро направился к ней, а подошедши, пожертвовал ей несколько монет.

Сморщенное лицо дрогнуло.

– Благодарю, добрый господин, – сказала она скрипучим, но удивительно мягким голосом. – Давно уже никто не был так щедр к старой Хельге.

Я дернулась от знакомого имени.

– Добрый день, госпожа, – не дрогнув, ответил магистр. – Не подскажете, а много здесь новых могил?