Как и ожидалось, на втором круге уже было тяжело бежать, и по сравнению со всеми, кто бежал уже пятый круг, я была как улитка — ну или, если сравнивать по‑другому, пешеход среди велосипедистов.

— Червячок, ты так до завтра бегать будешь, — подтрунивает надо мной Ледышка.

— Иди к чёрту, — еле выдавила из себя я, задыхаясь и начиная третий круг.

— Я же говорил, тебе не место здесь, — сказал он и побежал дальше.

Вот же скотина такая. Мне и так фигово, а тут ещё он подкалывает.

Пробежав ещё три круга, я уже еле волочилась, тело практически не слушалось. Все давно уже пробежали и сейчас занимались тренировками, даже те, кто тридцать кругов пробежать должны были.

Споткнувшись, я полетела вниз и уже приготовилась, что будет больно, но почувствовала на себе четыре пары сильных рук.

— Адепт Эйтор, вернитесь к тренировке, — услышала я строгий голос нашего преподавателя‑красавчика.

Я бы даже сказала, что кроме строгости в нём было слышно раздражение.

— Будет исполнено, господин Тэрсон, — сквозь зубы ответил Эйтор, убирая руки с моего бедного тельца.

Боже, ну почему я не занималась спортом раньше? Хоть кто‑нибудь намёк бы кинул, что в будущем меня переселят в другой мир, где спорт необходим.

— Прошу прощения, я не хотела мешать вашему занятию, — пробормотала я, еле разлепляя веки.

И попала в омут серых глаз. И теперь, когда он взял меня на руки и понёс в неизвестную сторону, я, не зная, куда деть руки, положила их вокруг его шеи. В момент такого близкого контакта меня пронзило странное чувство, будто наши магнитные поля сплетаются.

Тэрсон вздрогнул и прижал меня к себе плотнее. Возможно, это просто моё воображение, но мне кажется, что он тоже это почувствовал.

— Господин Тэрсон, могу я узнать, куда вы меня несёте? — спросила я смущённо.

Краем глаза заметила, как Ледышка зло смотрит на то, как меня уносят. Вот вроде мы толком не знакомы, а почему‑то точно знаю, что он злой, как паровоз, сейчас, хоть по лицу и не скажешь.

— Отдыхать. Ты слишком перенапряглась в свой первый день, нужно было составить для тебя отдельную программу, — ответил он виноватым голосом. — Сейчас мы отправимся в твою комнату.

— Я могу и сама дойти, у вас же ещё занятия, — затараторила я. Нам ведь нельзя в одной комнате находиться, я… я ж на него наброшусь, хоть не знаю, откуда у меня такая уверенность в этом, но я прям чувствую, что так и будет.

— Нет, адепты сами справятся, можешь не волноваться, Настя, — сказал как отрезал.

И откуда он знает моё имя? Нет, мне, конечно, понятно: я новенькая, он преподаватель, естественно, ему сообщили обо мне. Но то, что он запомнил моё имя, отдаётся приятной волной в груди — будто выпила горячего чая в зимнюю стужу.

— Хорошо, раз вы считаете, что так будет лучше.

— Да, так будет лучше всего, — сказал он мягко, улыбаясь уголками губ.

Спустя какое‑то время мы стояли напротив моей комнаты. Мне до жути было неловко находиться у него в руках, но при этом очень приятно. Однако моё смущение взлетело до небес, когда из соседней комнаты вышел эльф.

— Настя, что с тобой случилось? Ты ранена? — взволнованно спросил Эвол.

— Адепт, вы можете зайти в свою комнату, с Анастасией всё в порядке, — отрезал Тэрсон.

Я прям дар речи на секунду потеряла — никому не говорила своё полное имя, даже мужу.

— Господин Тэрсон, Настя — моя подопечная, и мне нужно проверить, всё ли с ней хорошо, — ответил Эвол голосом, в котором звучала сталь.

Хоть если судить по внешним параметрам, то я сейчас нахожусь в руках титана, а напротив — принц. Правда, без коня и короны.

— Анастасия просто перенапряглась на тренировке, отдохнёт — и ей станет лучше, — раздражённо ответил Тэрсон, и даже его кожа потемнела на тон.

Настя

— Тэрсон, — прошептала я едва слышно, сама не понимая, что творю.

Тэрсон перевёл взгляд с Эвола на меня. Его серые глаза на мгновение смягчились, словно он хотел что‑то сказать, но не решался. Я чувствовала, как моё сердце начинает биться быстрее, а ноги уже давно как вата стали. Кажется, я постепенно тону в его серых глазах.

— Что такое, Анастасия? — тихо спросил он, будто боялся, что кто‑то услышит.

Я лишь отрицательно покачала головой, не в силах оторвать взгляд от его лица. В этот момент Эвол, словно почувствовав, что момент настал, сделал шаг вперёд.

— Я провожу её в комнату, — заявил он, и его голос прозвучал так уверенно, что я невольно подняла бровь.

Но Тэрсон не дал ему шанса. Он молниеносно отступил на шаг назад, прижимая меня к своей широкой груди. Эвол замер, явно не ожидая такой реакции. Его лицо выражало смесь удивления и раздражения. Хоть, как по мне, ему больше смущение подходит.

— Я сам провожу адептку в её комнату, — холодно сказал Тэрсон. — А вы, адепт Эвол, кажется, не на занятии? Мне придётся зафиксировать нарушение дисциплины.