Замерла на короткое мгновение, любуясь этой распятой бабочкой и стараясь не смотреть на то, что виднелось ниже пояса. Хотя, было бы там на что смотреть, скажу я вам. Зато я теперь могу точно резюмировать, что из достоинств у фон Миллера только смазливая рожица, да кубики пресса на животе.

Магофон из кармана доставала с торжественным видом. И яркая вспышка вкупе с громким щелчком заставили моего благоверного испуганно вздрогнуть.

— Адамина, что ты делаешь? — напрягся он, — Немедленно удали! Сейчас же! И развяжи меня!

— Тебе же все нравилось, — напомнила я ему, — И маг-снимок удалять не буду. Оставлю себе на память, чтобы любоваться одинокими вечерами.

А маг-снимок получился что надо. Весь товар напоказ.

— Развяжи меня, стерва!!! — завопил будущий наследник древнейшего рода.

Ага, дошло-таки, наконец, что приворот я не пила.

— Ну, уж нет, — безапелляционно заявила я, — Полежишь так до утра, подумаешь над своим поведением. А утром жду тебя с извинениями, кобель ты недоделанный.

И не слушая больше его восклицаний и бранных слов, направилась к выходу. Да вот только стоило мне распахнуть дверь, как я встретилась лицом к лицу с любопытствующими рожами юных дарований. Ага, подслушиваем, значится?

А если вспомнить про всеобщую убежденность в том, что я выпила приворотное зелье, картина предстает не радужная.

— Извращенцы, — буркнула я мрачненько и распахнула дверь пошире.

Пусть полюбуются, если так хочется. Глаза толпы адептов, отирающихся под дверью, повылезали из орбит, а челюсти дружно рухнули на пол. То-то же.

Даже сама обернулась, чтобы напоследок взглянуть на чудную картину. Фон Миллер извивался на постели и продолжал костерить меня во всех возможных выражениях. Сначала даже хотела заткнуть ему рот магией. Но потом подумала, что стоит ему оставить возможность переругиваться с адептами, которые уже начали отпускать главному красавчику академии язвительные замечания. В основном они касались его достоинств. Ну или всего одного достоинства…

Но дверной проем магией заблокировала, от греха подальше. Смотреть можно, щупать нет. И не то, чтобы я не хотела делиться фон Миллеровским телом, просто развяжут его еще раньше времени. А такого мне не надо. Вот утро наступит, и чары сами развеются. А пока, у меня есть хорошая фора…

Парочка особо бодрых, ну, или борзых (это смотря с какой стороны посмотреть) адептов, ломанулась в комнату фон Миллера, стремясь, видимо, поближе рассмотреть все его богатства. Но их ждало разочарование и…разбитые лбы.

На удивление, в столпотворении возле комнаты красавца всея академии собрались не только парни, но и девушки. М-да, говорила же я, что в юных дарованиях не осталось ни капли целомудрия и нравственности. Но кто я такая, чтобы наставлять их на путь истинный?

Внезапно среди общего стада я заметила одну знакомую макушку, нервно выглядывающую из-за толпы и пытающуюся протиснуться вперед.

— Ада, ты как? — встревоженно поинтересовался Закари, когда ему удалось выплюнуться из толпы вперед.

Ответить я не успела. Парень заглянул мне за спину, туда, где продолжал извиваться в магических путах фон Миллер. И я буквально услышала звук падающей челюсти.

Впрочем, Закари Хант быстро отвел взгляд, а на его щеках проступил румянец. Какие мы, оказывается, стеснительные. Это даже мило.

— Ада, ты страшный человек, — произнес парень, быстро придя в себя.

— Что только не сделаешь ради победы, — пожала я плечами.

Находиться здесь больше не было никакого смысла. Да и я еще не выполнила свою миссию до конца. Поэтому, поманив адепта первого витка обучения за собой, я двинулась к выходу из общежития.

— С тобой ходить очень удобно, — заявил мне Закари Хант, когда мы выбрались из мужской части общежития. Никто не толкается, все сразу расступаются, освобождая путь. Не хочешь меня на лекции провожать?

Я резко остановилась и взглянула на своего подельника.

— Наглеем? — поинтересовалась я, выразительно вскинув бровь.

Парень под моим взглядом тут же стушевался и пробурчал себе под нос:

— Да, что-то я размечтался, — и тут же бодро продолжил, — Кстати, ты же не так много денег поставила на свою победу.

Я же говорю, не пробиваемый тип. Иммунитет у него, что ли, на аристократов?

— Кто бы говорил…

— Ну, зачем же ты так сразу, и на больную мозоль, — оскорбился адепт и моментально вскинулся, — А куда мы идем?