В ночном небе над притихшей землёй вечномолодые  призраки исполняли свой последний танец. Или первый, настоящий?Я зачарованно наблюдала за тем, как взлетают прозрачные юбки, мелькают ножки, раздается едва слышный смех-шепот.– Призрачный бал – удивительный праздник, который даровал проклятым душам их господин и владыка, Лорд Мертвых. – Негромкий голос дракона отвлек от любования.Покровитель некромантов? Да, он один из мрачных богов был на это способен.Но все мысли вылетели из головы, когда мужчина рядом приобнял меня, крепко прижимая к себе.– Это души тех, кто погиб, не отомстив за свою смерть. Тех, кто служил древним богам  Души древних воинов и героев, души послушников и тех жрецов, что не пожелали уйти так просто. В этот день они встречаются со своими любимыми. Теми, кого когда-то оставили на земле...Пальцы мужа скользнули по моей ладони, рисуя невидимый узор и заставляя вздрогнуть от пробежавшего по коже тепла.– Это невероятно красиво, – прошептала тихо. По лицу текли слезы, но это бы хорошие слезы. Слезы освобождения и принятия. Что-то исконное и глубокое всколыхнулось во мне. Страха не было. Сдержанный и закрытый, этот мужчина рядом сейчас поделился со мной частичкой своей души – и ценнее ничего на свете не существовало.В темных звездных небесах призрачные души ушедших эпох как будто ожили на миг, на день, на долю секунды. Почти рядом с нами мелькнуло ярко-желтое платье совсем юной девушки. Она запрокинула голову и смеялась, а в глазах – теплых, живых, шоколадных, светилась любовь. В танце ее вел высокий мужчина с военной выправкой и холодными, жёсткими чертами лица. Острые уши, светлые длинные волосы убраны в косу, острый взгляд и... он держал ее бережно, как бабочку – свою партнёршу по танцу.Древнее диковинное одеяние, больше похожее на тогу – или, нет, скорее уж на большой халат с широкими рукавами, на ком-то смотрелось бы смешно – но только не на нем.– Аолэ Кай'йаттир. Верховный жрец бога печали Кориса. По преданиям до последнего вздоха защищал главную обитель своего Владыки и подорвал ее чистой силой, похоронив себя на камне силы своего бога, – словно не веря в то, что он видит, медленно произнес дракон, – кто девушка... я не знаю...Словно услышав, что мы говорим о нем, древний жрец вдруг обернулся. В узких ледяных глазах промелькнуло что-то неуловимое.А потом мужчина посмотрел прямо на меня.– Мы ещё встретимся,  сестра. А ты, брат, не бойся и не печалься. Владыки смотрят на вас. Мы вернёмся. Я вернусь, – голос призрака – грубоватый, гулкий, резкий – вонзился в уши.А потом мужчина отвернулся от нас и что-то тихо прошептал своей спутнице на ушко, обнимая ее крепче за талию.Во мне вдруг возникло странное понимание, что эта девушка – живая. Ее не должно было быть здесь, на этом балу. Она действительно моя ровесница. Она юна и не имеет никакого отношения к героям древности. Ее тело ещё живо, но душу почему-то принесло сюда. Почему? Боги ли это устроили? Было ли это затеяно с единственной целью – чтобы она встретила душу древнего жреца?Я откуда-то знала, что девушка скоро вернётся в свое тело. И, возможно, вырвет из небытия древнего жреца. Но это будешь уже их, а не моя история.Мне показалось, что я слышу тихий холодный смех Великого лорда Микриса и его голос, который шептал мне на ухо: «Для истинной любви даже смерть не станет преградой».Под неслышные нам звуки музыки пара исчезла в вихре других таких же, а мы так и замерли на качелях в воздухе – растерянные и околдованные.О чем он говорит? О чем они все говорят? Жрец же мертв! Тысячи лет как! – Хотелось закричать мне. Но вопли – признак плохого воспитания. И лучше раскинуть мозгами, чем потом раскидываться собственной головой и прочими нужными частями тела, не так ли?Я мягко улыбнулась застывшему некроманту. Тот медленно моргнул, словно разморозился. Оттаял. Дрогнули ресницы.– Поразительная ты девушка, Кейрин, – сверкнули жарким чувством черные глаза.– Поражаю в сердце, печень или почки? Я постараюсь быть добрее, – нервно усмехнулась.– Я не в первый раз вижу Призрачный бал. И не во второй. Но никогда прежде я не встречал на нем героев и уж тем более жрецов Эпохи Раскола, Эпохи Ушедших богов. Тем более личности столь неоднозначной... – в голосе Тиарграта низкими нотами громыхали отзвуки грозы.– Возможно, пришло время их увидеть, – тихо ответила, – вспоминая отзвук, ощущение силы Микриса.Я не была сильна в древних сказаниях. Но Владыка Микрис (мне до сих пор не осмыслить, что со мной дважды уже говорили боги!) ясно дал понять – их оболгали. Их всех.– Возможно, это правда. И старые боги вернутся, – почти не веря себе, шепнула я.– Возможно... – эхом откликнулся дракон.В воздухе таяли отзвуки видений. Сердце щемило, но холодная сила во мне шептала, что так нужно, так правильно, что они ещё обретут счастье и покой. Или то, чего ищут более всего на свете.– Скажи, а...Не помню, что я хотела сказать. Или спросить? Слова застряли в горле, когда Тиарграт стремительно обернулся ко мне.В его глазах жил зверь. Расплавленный в серебряной тьме зрачок хищно пульсировал. Не откладывая, мужчина перехватил мою руку, дёрнул на себя, позволяя почти улечься на жёсткий крепкий торс.