Он отодвигает для меня стул и помогает присесть, а рядом тут же возникает пожилая улыбчивая женщина с приборами и тарелкой в руках.

Я мягко опускаюсь на стул, и ловлю на себе очередной взгляд блондина. Он без стеснения разглядывает моё лицо и даже смеет подмигнуть один раз.

Серьёзно?

– И чем же вы, милочка, занимаетесь? – мать Красовского явно перехватывает взгляд светловолосого мужчины, поэтому приступает к допросу.

Александр Юрьевич так и не притрагивается к еде, и я делаю вывод, что тоже не буду торопиться.

– Она работает вместе со мной в «Развитии», как ты уже знаешь, – цедит босс, не давая мне и рта раскрыть.

Женщина кривится, словно я на таракана похожа, а вот блондин напротив, пытается смутить слащавой улыбкой. Оказывается, что молодого мужчину зовут Артур, и он является парнем и будущим мужем Валентины Сергеевны. Чего на меня тогда пялится так, спрашивается?

– И ещё, скажу во избежание недоразумений: завтра Мальвина переезжает ко мне жить.

Комнату наполняет густая тишина, и только звук огромных часов, висящих на противоположной стене, эхом звучит в голове. Мне нестерпимо хочется испариться, исчезнуть, убежать как можно дальше. Зачем он так прямо, в лоб, без подготовки?

– А ты не слишком торопишься, Александр? – железом звучит голос Валентины Сергеевны, только смотрит она в этот момент на меня. И, кажется, мысленно откручивает голову.

– Нет, – зато босс спокоен, как удав. Кажется, ему вообще плевать на мнение сидящих за столом людей.

– Хорошо, – женщина даже не пытается скрыть недовольство, – будь по-твоему.

Она шумно отодвигает стул и встаёт из-за стола, желает спокойной ночи и покидает комнату. Артур, словно верный паж, спешит следом за ней, на прощание награждая меня очередным масляным взглядом.

Когда мы остаёмся в комнате одни с Красовским, я облегчённо выдыхаю. На фоне этих двоих мой босс кажется просто милым пушистым зайкой. Жаль, эффект от сравнения временный.

– Мне домой нужно, к Стешке, – произношу натужно, боясь реакции мужчины. Он настолько непредсказуем в плане эмоций, что я иногда даже дышать в его присутствии опасаюсь.

– Да, конечно, – отвечает равнодушно. Видно, что он погружен в свои мысли. – Я тебя отвезу.

Мы вместе выходим из столовой, а затем, одевшись, и из дома. На улице капает мелкий дождь, и опять дует ветер. Погода как нельзя лучше отражает моё внутреннее состояние.

В машине находиться куда приятнее, но ровно до того момента, как Красовский зачем-то кладёт свою руку поверх моей ладони. По телу проносится разряд тока, а взгляд ищет, за что зацепиться. Смотрю в окно: мелкие капли барабанят по лобовому стеклу, словно хотят спрятаться в тёплом салоне автомобиля.

Всё время нашего знакомства с боссом, я стараюсь не смотреть в его глаза. Мне кажется, что если я взгляну в эти невероятной голубизны воды, то утону в них бесследно. Красовский видный мужчина: красивый, богатый и успешный. И даже при всей скверности характера, он обладает поразительной харизмой. А я не настолько глупа, чтобы не понимать – где я, и где он?

Мы абсолютно непохожие, словно с разных планет, и в реальной жизни сказке о золушке места нет. Именно поэтому я готова приложить все усилия, лишь бы не попасть в сети ложных надежд и мечтаний.

– Спасибо, – звучит бархатный голос, заполняя собой глухое пространство автомобиля.

– За что? – аккуратно высвобождаю свою руку из-под тяжёлой ладони. Надо бы внести в наш договор пункт, запрещающий любой физический контакт. Даже самый невинный. Только как это преподнести боссу, чтобы он не счёл меня озабоченной?

– За то, что была рядом, – слова благодарности даются с трудом, и я не понимаю, зачем он вообще их произносит. – Твоя поддержка была кстати, твоё присутствие…

Он замолкает на полуслове, кладет руки на руль и трогается с места.

– Может, стоит отложить переезд, ваша мама не в восторге от перспективы оказать под одной крышей с незнакомой девушкой. И я её понимаю, если честно… – перед тем, как выйти из машины возле квартиры Марины, я пытаюсь воззвать к благоразумию, которое окончательно покинуло моего рационального босса.

– Нет, – отрезает сурово, – ты моя невеста. Моя, – он бросает на меня полный уверенности взгляд, – это не обсуждается. Тем более, никто не собирается селить тебя под одну крышу с моей матерью.

Красовский говорит с такой твёрдостью, что в какой-то момент мне кажется, словно всё, что между нами происходит – настоящее. Словно нет никакой сделки, фиктивных отношений и договора.

Похоже, мой переезд для него – дело принципа, вот только в чём причина настойчивости, я пока не понимаю.

– И на работу выйти можешь, – бросает невзначай, – я твоё заявление не подписал ещё.

– Почему? – язык действует против моей воли.