— Отвали, Фихнеев, — фыркнула Полина, делая один шаг назад.

— Ты такая долгая, — сказал Саша.

Она собиралась сделать несколько резких шагов вперёд, чтобы прыгнуть в воду, но почему-то оттягивала неизбежный момент. Полина вдруг представила, с какой грациозностью могла прыгнуть его девушка, и ей стало тошно. Она не была изящной и аккуратной, поэтому прыгала так, как её научила Рита.

Она сглотнула неприятный ком, застрявший в горле, и всё-таки разогналась, отталкиваясь ногами и летя в воду. Краем глаза заметила, что несдержанный Саша, не обладающий стойким терпением, рванул за ней.

Сердце бешено стучало то ли от прыжка, то ли от Фихнеева, который не стал долго ждать очереди. Он мог спровоцировать столкновение.

Она пугливо закрыла глаза, когда приблизилась к водной ряби. За секунду до встречи с водой услышала всплеск в метре от себя и закричала, поняв, что столкновение неизбежно.

Погружение было слегка твёрдым и болезненным, но захватывающим дыхание. Она всплыла на поверхность, тут же протирая глаза и зло оглядываясь. Фихнеев отплыл на приличное расстояние и лежал на спине, переводя дыхание.

Она разозлилась на его глупую выходку. Он совершил безумный поступок.

Полина бросилась к нему, яростно перебирая руками. Она собиралась высказать ему всё, что о нём думает.

Саша лениво перевернулся со спины, наблюдая, как Иванова летит к нему с бешеными глазами, раздувающимися от злости ноздрями и красным лицом.

Он прыгнул за ней, потому что устал топтаться на пирсе в дразнящем ожидании. Ему хотелось наконец испытать окрыляющее чувство падения. Свободу. После тяжёлого дня это хорошая процедура, чтобы избавиться от нежелательных мыслей.

— Ты — настоящая задница, Фихнеев! — сбивчиво протараторила Полина, останавливаясь.

— М-м, правда? — усмехнулся Саша.

— Да! Ты же видел, что я прыгаю, зачем нужно было прыгать сразу же за мной? Ты хотел врезаться в меня и сделать больно?! — Полина исходила от давящих злых, почти агрессивных чувств.

Саша оценил состояние Полины как истерически-критическое. Он снова перевернулся на спину, продолжая лежать в воде и слушать её вопли.

— У меня определённо были такие мысли, когда мне было шестнадцать, Иванова, — тихо ответил Саша, и Полина внимательно следила за его движущимися губами.

— Учитывая, что ты только что сделал, недалеко ты ушёл от шестнадцатилетнего дебила! — продолжала верещать Полина.

Саша вспомнил беззаботное время, когда с удовольствием задирал девчонку. Для пущей уверенности бы схватил её за космы и дёрнул как следует, чтобы вызвать оглушительный писк. Полина была хорошенькой, но верещалкой от Бога.

— Отвали, — бросил Саша, теряя интерес к разговору. Он не хотел продолжать это.

Он медленно поплыл в сторону берега, обходя девушку стороной. Полина бестолково хлопала ресницами, наблюдая, как он продолжает отдаляться.

Она рванула за ним, догоняя. Полина даже не подумала, насколько это странно смотрится со стороны.

— Ты мог сделать мне больно!

Саша повернул голову, продолжая работать руками. Полина плыла рядом с ним, испепеляя огненным взглядом.

— Иванова, прекрати верещать, как потерпевшая, — вздохнул Фихнеев. — Я не задел тебя, а ты распетушилась, будто я тебе отбил голову. Перестань, ладно? От тебя начинает болеть голова.

— Фихнеев, ты просто жалкий кусок козла.

Саша сверкнул недовольством, отворачиваясь.

— Иванова, я сказал: отвали.

Он твёрдо встал на ноги, когда смог достать до дна. В силу своего роста Полина сделала ещё несколько больших движений руками и тоже встала, не переставая тащиться за ним.

Саша остановился, оглядываясь.

— Ты будешь таскаться за мной?

Он издевательски вскинул брови, бросая на неё возмущённый взгляд.

— Не будь о себе такого высокого мнения, Фихнеев, — Полина фыркнула и обошла его. — За тобой может гоняться стадо облезлых куриц. Вроде той, что до сих пор стоит на пирсе.

Саша округлил глаза, вскидывая голову и безошибочно находя в толпе белый купальник Маши. Она пропускала всех вперёд, потому что боялась прыгнуть с высоты. Он закрыл рукой лицо, сдерживая смех.

«Тупица», — прошептал внутренний голос.

Фихнеев мазнул любопытным взглядом по Полине, которая плюхнулась возле Никиты, продолжавшего сидеть на мелководье и наблюдать за толпой купающихся. Она выглядела обиженной и расстроенной.

Ему было плевать, что он так поступил. Он не сделал ничего плохого.

Саша заметил, что Олеся с Артёмом уплыли достаточно далеко от берега. Пестеренко держался рукой за матрас, на котором плыла девушка.

Ему ничего не оставалось, как подняться на пирс и помочь Маше, которая продолжала смотреть на всё происходящее с выпученными глазами.