– Однажды нянюшка обронила, что отец любит играть в шахматы, и мне захотелось научиться, чтобы, когда он вернётся из поездки, мы сыграли и отец был доволен мной, гордился и захотел остаться подольше…
«Бедное дитя…» – подумал герцог.
– Но в поместье никто не умел играть в шахматы, только в карты. И нянюшка сказала, что это не для приличной леди, хотя ей стоило сказать это до того, как я научилась. В библиотеке я нашла книгу и по ней стала изучать названия всех фигур и способы ходов. Но играть самой с собой неинтересно, котёнка тоже поблизости не было, хотя уверена, он бы сбил лапами все фигурки. Вдруг с ветки на стол спустился ворон, чёрный как ночь! И осторожно так подтолкнул клювом белую пешку, я сделала то же самое чёрной… И когда слабых фигур не осталось, из дома вышла одна из служанок, и ворон улетел. Эх, тогда мне такую игру испортили!
– Если тебе до сих пор интересно играть в шахматы, то я могу составить компанию.
Недолго думая, Энья согласилась.
Море так понравилось Энье, что она не переставала улыбаться, прогуливаясь по чёрному песку и крепко держа горячую руку Девона. Это был один из лучших дней в её жизни.
Они вернулись к замку. Снаружи он не казался таким большим, как изнутри. Исследование замка стало очередным маленьким приключением для девочки, но не хватало компании. Ведь в доме отца у неё были Бука и мудрый ворон, хотя он и прилетал редко, а здесь…
– Вы познакомите меня с вашей птицей? Она не клюётся?
– Нет, Мортимер старый и мудрый ворон, думаю, вы найдёте с ним общий язык, – подмигнул Девон и, положив ладонь на плечо Эньи, подтолкнул в дом.
Они вошли через оранжерею, в которой Энья ещё не была. Среди горшков с цветами и прочими растениями она увидела клавесин.
– Почему он здесь, а не в музыкальной комнате?
Она подошла к инструменту, погладила его поверхность, откинула крышку и…
– Можно я сыграю?
– Буду рад послушать.
Герцог опустился в кресло, а Энья – на скамеечку.
На столике рядом с герцогом появился кофейник с чашками и корзинка со свежими булочками с корицей.
Энья играла дивно, а стоило ей запеть, как герцог откинулся на спинку кресла, слушая её мелодичный голос. В его мыслях проносились образы прошлого.
«Я позабочусь о ней», – мысленно обратился он к душе Риены.
Ужинали они в столовой при уютном свете множества свечей в золотых канделябрах и подсвечниках. Высокие окна, за которыми зажглись первые звёзды, открывали вид на зелёный холм и море. Вместо привычной белой скатерти лежала малиновая, а в вазе красовались кремовые розы. Да и мебель слегка изменилась.
«Утром я не придала значения, но вроде бы всё было по-другому, да и стол стал меньше. Теперь мы с герцогом сидим ближе…» – подумала Энья. Ей это нравилось.
И Девон пришёлся девочке по душе: казалось, в нём было всё то, чего так не хватало её родному отцу.
Как бы ни храбрилась Энья, ей недоставало отцовского тепла и заботы. Когда-то он был почти таким же добрым и внимательным, как герцог, но с появлением мачехи всё изменилось. Быть может, если бы не нянюшка, Энья совсем бы отчаялась и сбежала в горы.
Мачеха хотела, чтобы за каждым приёмом пищи Энья сидела как можно дальше от неё и Сюзет, а отец молча читал газеты, не обращая внимания, что родная дочь всё дальше от него.
Вечером Девон пил бордовый напиток из бокала. На вопрос, можно ли Энье это попробовать, он покачал головой:
– Детям это пить запрещено.
Энья ощутила резкий аромат, смешанный с виноградным, и поморщилась: «Пахнет чем-то кислым… Не думаю, что мне захочется это пить, даже когда я стану взрослой…»
И она принялась за мясное рагу.
После ужина герцог проводил девочку до спальни и хотел было уйти, но Энья не отпустила его руку:
– А вы не могли бы рассказать мне сказку на ночь? Нянюшка так обычно делала.
Девон несколько растерялся, подсвечник в его руке дрогнул.
– Так тому и быть, – согласился он и хотел было придвинуть кресло к постели, но Энья покачала головой.
– Я люблю сидеть у камина, когда слушаю, вы не против? – смущённо пробормотала она.
– Конечно нет, устраивайся поудобнее, и я расскажу тебе историю об одном чародее…
И под треск поленьев он начал рассказ:
– Жил-был на свете чародей, и было у него всё: замок, богатства, власть и магия. Горд и тщеславен был тот мужчина, но однажды повстречалась ему девушка невиданной красоты. И влюбился он в неё без оглядки, готовый бросить к её ногам все свои сокровища. Но отказала ему девушка: её сердце принадлежало другому. Шло время, а чародей, дабы заглушить боль своего разбитого сердца, странствовал по миру, изучал магию и развивал свои способности. Хотел он было сразиться с равным себе по магической силе, надеясь погибнуть в доблестной битве, но настигла его печальная весть. Любимая скончалась.
Энья прижала ладошку ко рту, удивлённо захлопав ресницами и не смея перебивать герцога.