От няни Энья знала, что леди Колет родилась в столице и всю жизнь, до встречи с отцом, там прожила. Оттого жизнь в пригороде была для неё невыносимо скучна. Однако, как она ни просила купить в столице дом, отец почему-то постоянно находил причину для отказа. Нянюшка упомянула, что после смерти матушки Эньи финансовое положение отца стало ухудшаться. Возможно, это было как-то связано с завещанием покойных бабушки и дедушки Эньи, которых она никогда не знала.

Столица поразила её своим шумом, многолюдностью, высокими домами и блеском. Девочка жалась к Девону, вцепившись в руку, и боялась, что людской поток унесёт её и они с герцогом никогда не найдутся.

Девон с улыбкой наблюдал за тем, как его подопечная всё больше хмурится. Она показалась ему такой забавной.

– Энья, не хмурься и не бойся, иначе ты становишься похожей на свою капризную сестрицу.

Его слова возымели успех, и девочка мгновенно расслабилась.

«В самом-то деле, что меня может испугать после подземелья гоблинов здесь, где столько людей?» – удивилась она самой себе и расправила плечи.

Они пошли по мостовой, пока не очутились на узкой и на удивление уютной улочке. По обеим сторонам сверкали стеклянные витрины. Натянутые бордовые или красные тенты защищали от солнца и непогоды, на дверях красовались таблички с выгравированными названиями того или иного заведения. Чего здесь только не было: и бутик с лучшими зонтиками, веерами, перчатками и прочими милыми безделушками; и помпезные зальчики с пышными платьями из редких и дорогих тканей; и ювелирные магазины с высокими и подтянутыми охранниками на входе.

От обилия позолоты, пёстрых тканей и ослепляющих драгоценностей у Эньи зарябило в глазах, а голова с непривычки заболела.

Они с Девоном вошли в один из бутиков. Чародей провёл её в закрытую комнату с пьедесталом и поставил на него, как маленькую куколку.

– Сейчас к нам подойдёт модистка и поможет сделать для тебя подходящее платье, а также всё, что необходимо для юной леди.

Герцог опустился в кресло, и к нему подошла девушка, у которой был поднос с кофе.

Как только она удалилась, из-за тяжёлой портьеры к Энье выплыла полная дама. В ней было столько величия, что девочка ни за что бы не приняла её за модистку. Скорее за знатную особу.

– Мадам Помпиду!

Герцог даже встал с кресла. Приветствуя её, он едва коснулся губами пухлой руки в сетчатой перчатке.

– Герцог, как давно вы у нас не бывали! Должно быть, целую вечность.

Дама наградила его улыбкой и бросила цепкий взгляд на Энью, заставив девочку приосаниться.

– Кто этот дивный цветок с прекрасными бронзовыми волосами? Хм, кого-то она мне напоминает…

Дама обошла Энью по кругу, прикасаясь то к рукам, то к талии и измеряя её лентой. Такая всегда была у столичной швеи, которая приезжала к ним в дом, чтобы сшить для Сюзет новые наряды. К Энье она никогда не подходила, лишь морщила нос при виде её короткого заштопанного платьица.

– Моя маленькая спутница Энья, дочь того самого… аристократа Раунинга.

Герцог улыбался, но в его глазах девочка увидела холод. Она уже научилась немного разбираться в настроении Девона и могла понять, когда он доволен, а когда, наоборот, в гневе.

– Оу… – мадам Помпиду округлила глаза и стиснула руки в кулаки. – В таком случае я послушаю эту историю позже, а сейчас… К какому мероприятию необходимо подготовить нашу красавицу?

– День рождения сводной сестры. Должно быть, к тебе её наверняка приводила леди Колет.

Слишком спокойный голос Девона не предвещал ничего хорошего, но Энья решила, что так он выражает неприязнь к мачехе.

Мадам Помпиду не стала терять время и сразу приступила к подбору материала для платья. Она крутила и вертела Энью, просила пройтись по комнате, окутав то бархатом, то атласом или сатином. Никогда Энья не примеряла столько разной материи. Потом настал час утомительного стояния со строгим приказом: «Не шевелись, а то уколю». И она стояла, пока у неё не заболели спина и ноги.

Тяжело вздыхая, девочка готова была упасть на пол и не вставать, а блаженно лицезреть потолок, расписанный сюжетом бала.

– Всё! – оповестила мадам. – Молодец! Выдержала! – похвалила она. – А вот твоя сестрёнка постоянно хныкала, пытаясь меня разжалобить. Ох и натерпелась я с этой барышней, кошмар!

Она подтолкнула Энью к креслу, и та с радостью в него села, расслабленно откинувшись на мягкую спинку.

– Ниата, подай, пожалуйста, леди Энье чай и сэндвичи и добавь к ним кокосовое пирожное.

Та же девушка, что принесла Девону кофе, выглянула из-за портьеры и, кивнув, вновь скрылась.

Мадам Помпиду разложила на столе материю, но Энья уже не обращала внимания ни на цвет, ни на ткань. Кто бы мог подумать, что примерка так её утомит.

«И как только Сюзет это выдерживает?» – она тяжело вздохнула. Девочка очень обрадовалась, получив чай и возможность перекусить. А пирожное оказалось неописуемо вкусным.

– Если память мне не изменяет, то день рождения запланирован на… – начала мадам Помпиду.