— Здесь каждую неделю запускают фонарики, — пояснил Вильям, — в честь начала лета. Считается, если загадать желание и отпустить его с фонариком, оно обязательно сбудется.

Я застыла, глядя, как десятки огоньков один за другим всплывают над водой, поднимаются в воздух, тихо покачиваются, отражаясь в глади пруда. Это было волшебно.

Мы стояли молча. Я не просила фонарик. Просто смотрела.

Я загадала желание — про себя. Мне так хотелось поступить в Академию. Конечно, это была глупость — ведь нужны определённые знания и никакое желание не вложит их в мою голову. Но я всё же поддалась атмосфере.

— Пора, — сказал Вильям, когда небо стало совсем тёмным, — провожу тебя. Уже поздно.

Я кивнула, и мы неспешно двинулись по дорожке обратно. Ночь опустилась мягко. В парке стало безлюдно. Только ветер шелестел в кронах.

И на выходе вдруг раздался скрежет колес.

Перед нами остановилась матовая чёрная карета. Без герба. Без опознавательных знаков.

Вильям резко встал передо мной, инстинктивно заслоняя.

Я остановилась. Внутри всё сжалось.

— Не двигайся, — прошептал он. — Просто… стой.

Дверь распахнулась с резким скрипом, и из тени показался… какой-то лорд в возрасте. Зализанные назад волосы. Чёрный долгополый камзол, перчатки, чуть насмешливая полуулыбка. Вытянутое лицо, острый нос, хищный разлет бровей. Аристократ до мозга костей.

Но стоило только посмотреть ему в глаза — и сразу становилось ясно: он был Одержимым.

— Подвезти вас, милая леди, — протянул он с фальшивой вежливостью, откинув дверцу кареты, вовсе не спрашивал. — Поболтаем. Прокатимся. Я тебя не обижу.

В голосе звучали маслянистое липкие нотки. И с каждой секундой становилось всё яснее, что именно он имел в виду под словом «прокатиться».

— Леди со мной. Никуда не поедет.

— Мальчик, — снисходительно причмокнул лорд. — Не мешай леди принимать правильное решение.

А потом уже мне.

— Не люблю ждать. И всегда получаю то, что хочу.

Лорд не обратил на слова Вильяма ни малейшего внимания. Только хищно блеснули его глаза — в их глубине вспыхнул красный огонь, и тот начал разгораться, пока из глаз не повалил густой черный дым.

Я покосилась на Вильяма. Тот словно не видел происходящего — стоял рядом.

Чёрт. Он же даже не понимает, кто перед ним!

Это не просто лорд, который заприметил симпатичную девчонку и решил утащить её в свою карету. Он Одержимый.

И всё-таки… какие же они подлые! Какие же сволочи! Неужели вот так просто можно выйти из кареты и взять себе человека, как вещь? Просто потому что захотелось?

Но и это было не всё. За лордом остановилась ещё одна карета. Из неё начали выходить другие Одержимые — один за другим, пятеро.

Внутри меня все обмерло.

Твою же мать! На мне что, медом намазано?!

Лорд наконец выбрался из кареты полностью. Он облокотился на свою трость, усмехнулся нехорошо, и заговорил с мягкой насмешкой:

— Я не понял… ты меня не слышишь, девочка?

И тут меня пронзило догадка. Этому «лорду» не понравилось мое неподчинение. Неповиновение с моей стороны выглядело… странно. Наверняка у Одержимых есть своя иерархия. И этот тип, судя по всему, находился на её вершине. А значит, я должна была подчиниться. Но я — не одна из них. Пусть я и подселенка, но я душа другого мира.

— Хорошо… — он прищурился. — Я разберусь с тобой.

Вот и пошли угрозы.

Он не понимал, почему я, «Одержимая», не подчиняюсь ему.

— Убрать свидетеля, — спокойно бросил он, и пятеро громил рванули на Вильяма.

— Нет! — закричала я, увидев, как он встал между мной и врагами, и в ладонях его вспыхнул огонь. Он защищал меня.

Но их было пятеро. Пятеро! Я вжалась лопатками в кованый забор, обступающий парк, сердце грохотало в груди.

— Беги! — прокричал Вильям.

Куда?! Эти твари догонят. Они же как псы. Господи, я ведь попаданка. У меня… у меня же есть магия. У меня кольцо, которое должно защитить. Только для этого нужна угроза.

Было страшно. До дрожи. До трясущихся пальцев.

Началась драка. Все происходило так быстро, что я не успевала следить.

Но вот… один урод сделал подсечку со спины Вильяму, уронил его на брусчатку. Другой Одержимый перехватил его руку, третий ударил ногой прямо в челюсть.

— НЕТ! — закричала я и метнулась вперёд.

Я прыгнула сверху на одного из Одержимых. Он скинул меня, я рухнула на мостовую. Воздух вышибло из лёгких.

Кольцо сработало. Мою кожу защитило светящимся коконом, и я снова поползла туда, где собирались добить Вильяма.

Его лицо было разбито, кровь стекала по щеке. Они его убьют, сейчас, прямо тут. И всё из-за меня.

И в этот момент я уже не думала — что я, кто я. Я просто хотела, чтобы они сдохли. Чтобы отпустили Вильяма.

Я вытянула руки. И в тот момент злость и сила, кипящая во мне, слились в одно. Я выпустила свой черный огонь.