— А о том, что в одиночестве разъезжать по трущобам столицы может быть опасно, вы не подумали? — Он разрывался между желанием взять её за руку и как следует встряхнуть и просьбой, почти унижением не подвергать свою жизнь опасности. Он бы нанял ей охрану. Но кто может справиться с Наставником, если он действительно решит взяться за госпожу Фелину? Одна надежда на то, что она для него не интересна, а это — лишь послание для него. Мысли в голове мешались, ему бы сесть и подумать.

— Он читал вас? — Спросил Тобиас резко.

— Нет. Я поставила барьер как вы учили.

— Хорошо. — Он ей верил. Жаль, что она пока не умеет закрываться полностью, читать другого, не открываясь самой. — Надеюсь, вы не собираетесь соглашаться на занятия с ним?

— А что не так? — Она снова вскинула голову и знакомым жестом поправила медальон. Несколько секунд он стоял и смотрел на неё. Но сейчас было не то время. Он не имел права упустить её сейчас.

— Вы знаете, кто такой Наставник? — Он понизил голос до шёпота, почти пугая. Пусть она боится.

— Кто?

— Вы же видели в моих воспоминаниях смерть, — он сглотнул, так и не решившись назвать вслух имя той, что сейчас стояла перед ним. — Её виной был Наставник.

Да, он сам виноват не меньше, если не больше. Но госпожа Фелина видела всё, по крайней мере, он надеялся, что она успела увидеть в его воспоминаниях то, что ему было нужно.

Он поднял глаза. Джейн вздрогнула как от удара.

— И вы хотите отомстить ему?

— Не только я, госпожа Фелина, не только. Его Величество, король Ричард очень желает поймать нашего неуловимого злодея. И вот кажется он наконец-то объявился. И ради Бога, не соглашайтесь на встречу с ним больше никогда.

Он поднял глаза и почему-то ему не понравился такой странный блеск её глаз.

— Госпожа Фелина? — Тобиас шагнул ближе, словно преодолевая пропасть, разделявшую их. Шаг, ещё шаг. Подошёл близко и взял за рукав платья, так чтобы не прочитать. Она подняла голову и встретилась с ним взглядом. Казалось время остановилось. Тобиас смотрел в её глаза и видел Кэти, наивную и доверчивую, такую чистую и родную. Он не выдержит! Находиться здесь рядом с ней и не иметь возможности признаться, чтобы услышать ответ. Казалось, он сходил с ума. Надо отойти, отпустить её, но он не мог.

— Госпожа Фелина, пообещайте мне, что никогда и не под каким предлогом вы не будете больше искать встреч с Наставником. — Она сжала губы и упрямо молчала. И тогда он решился. — Джейн! — Она вздрогнула, как от удара. — Пожалуйста!

Он готов был встать на колени перед ней, если бы это помогло.

— Обещаю, — тихо сказала она.

Джейн

Ей казалось, что кружится голова. А ещё словно не хватало воздуха. «Джейн!» Ей ведь не послышалось?! Джейн не могла уснуть. Ворочалась в кровати, но сон не шёл. Нет, она просто обманывается. Но его голос… Неужели профессор Ритар… Неужели он переживает за неё?

Даже подумать об этом было странно. Да может ли он вообще переживать?! И всё же она знала, что может. Просто он привык держать всё в себе. А ещё кажется она уже не представляет себе жизни без его уроков. Это глупо, безумно глупо! Но так хочется увидеть его снова. Услышать снова её имя из его уст. Джейн боялась даже подумать, что за чувство испытывала сейчас. И не хотела дать ему названия. Всё, что она чувствовала — безумно само по себе. Кто его мертвая любимая — и кто она! А ведь живые никогда не выдерживают состязания с мёртвыми. И всё же его глаза не лгали и голос… Такой мягкий, глухой, завораживающий — мурашки по коже.

Джейн даже помотала головой, словно избавляясь от наваждения. Она просто хотела видеть профессора, хотела, наверное, разгадать его тайны, хотела читать его. И как бы он не пытался оттолкнуть её, она хотела быть рядом, несмотря ни на что.

Почему он привлекает её больше, чем такой добрый и милый Фредерик, Джейн не знала и даже думать не хотела об этом. Ей было достаточно того, что есть сейчас. О большем она боялась думать и надеяться. Это было слишком хорошо и…больно.

Проворочавшись до утра, она встала с постели не выспавшаяся. Но даже мысли не было не идти на занятие. Ей казалось почему-то что профессор Ритар нуждался в ней больше, чем она в нём, отчаянно нуждался. И Джейн не собиралась делать ему больно.

Позавтракав, она собралась и, отчаянно зевая, отправилась в Университет, надеясь, что холодная погода поможет проснуться.

— Ну, госпожа Фелина! — Он усмехнулся. — Чем вы меня порадуете сегодня?

А Джейн вдруг подумала, что действительно хотела бы его порадовать и более того — сделать всё, чтобы он снова улыбнулся. Хотелось разгладить морщины на его лбу и убрать тени, что залегли под глазами. Она с трудом отвела глаза, успев поймать его какой-то жадный взгляд. Словно он смотрел на неё и не мог насмотреться. Да что он увидел в ней?!