Читающие Души могли заблудиться в коридорах чужого сознания и не вернуться обратно. Про вред Исцеляющих она не слышала. Но их дар был призван исцелять тела, а там ведь тоже можно напутать так, что сделаешь только хуже. Вот и приходилось всем, владеющим даром, обучаться. Или в частной школе для одарённых или нанимать учителей.

Но она уже выросла из возраста школы. Джейн вздохнула. Ясно, что ничего не ясно. Откуда у неё взялся вдруг дар? Разве он не открывается в детстве? Больше вопросов, чем ответов. И она была уверена, что профессор Ритар не ответит ей ни на один.

Сутки, как и предписывал господин Лестар она провела в постели, маясь от скуки, не зная, чем себя занять. А к вечеру пришёл господин Деверси.

— Доброго вечера, — он улыбнулся и Джейн снова поймала себя на мысли, что он ей нравится.

— И тебе, — она кивнула Фредерику. — Ну что, получилось договориться с профессором?

— Он будет ждать тебя завтра, после уроков, — нахмурился господин Деверси. — И даже не спрашивай, чего мне это стоило.

— Почему же если он так несносен, его не уволят?

— Не знаю. Ты же слышала, что он самый сильный читающий, — словно нехотя выдохнул Фредерик. — Но это не отменяет того, что если бы было возможно, я первый поставил бы его на место. — Юноша сжал кулаки.

Он замолчал. Джейн сочувственно посмотрела на него и постаралась перевести разговор на другую тему. Делать ей было нечего, кроме как обсуждать с утра до ночи профессора Ритара!

И всё-таки спала она плохо. Всю ночь ей казалось, что она бродит по каким-то серым коридорам и никак не может из них вырваться. И в каждом из них она встречала профессора. Вот только он вместо того, чтобы помочь — уходил, оставляя её один на один с серым туманом.

Она встала совсем не выспавшаяся, посмотрела на время и охнула. Чтобы успеть к профессору после занятий, надо было очень сильно поспешить.

Тобиас

— А ты знаешь, что во мне проявился дар? — Они с Кэтрин сидят на берегу речки, на поваленном дереве и болтают ногами. И у них есть ровно час, прежде чем запыхавшаяся гувернантка прибежит сюда и девочке влетит за своеволие.

А ещё если от его дома пройти ровно двадцать шагов, потом пролезть под маленькой аркой через дыру в заборе, а потом с разбегу нырнуть в зелёное море листвы, то очутишься в другом мире. Эта грязная вонючая речка берёт своё начало рядом сих бедным кварталом, но если знать куда идти, то совсем скоро можно увидеть, как она превращается в степенную и чистую лесную речушку в роще неподалёку. Это был их с Кэтрин секрет.

— Правда?! — Кэтрин вскакивает и смотрит на него с восторгом. Ему очень приятен этот девчачий восторг. Пусть он уже большой, а эта девочка намного младше, но ближе неё у него никого нет. — Это же здорово!

Она хлопает в ладоши и кружится вокруг него.

— Я всегда знала, Тоби, что ты такой талантливый!

Эти слова льстят ему, но ещё и наполняют надеждой. Он робко улыбается, откидывая волосы с лица. И всё же спрашивает с насмешкой.

— Ты знала, что у меня проснётся дар?

— Я верила, что ты обязательно сделаешь что-нибудь этакое, ведь ты такой замечательный! — Она смотрит на него прямо, ничуть не стесняясь. В голубых глазах плещется искренняя радость.

— И ты даже не спросишь, что за дар? — Ему приятно от такого искреннего восхищения.

— Ну, и что за дар?

— Я — Читающий Души! — Гордо говорит он. И испытующе смотрит на подругу. Но она по-прежнему сидит рядом с ним. Взгляд не по-детски серьёзный, а ещё доверчивый. — Ты не испугалась, — наконец говорит он, внимательно изучив её.

— Нет, — она качает головой. Золотые локоны выбились из причёски и рассыпались по плечам. — Что такого страшного в Читающих Души, что мне надлежит бояться их?

— Ну, например, я, когда пройду обучение, смогу прочитать тебя, полностью. Увидеть всю твою жизнь, все твои воспоминания. Потому что Наставник говорит, что у меня сильный дар. — И он испытующе смотрит на неё.

— И что? Разве это повод бояться? — Она упрямо поджимает губы. — У меня нет от тебя секретов, ты же знаешь.

— Но ведь будут, — он отворачивается от неё.

— Не будут. Ты мой друг, Тоби. Навсегда! — Он вздрагивает, когда её маленькая ручка накрывает его.

— Я хотел бы в это верить, — шепчет он. Слишком часто он видел совсем другую жизнь.

— Леди Кэтрин! Где вы? — Раздаётся совсем рядом.

— Давай спрячемся. Убежим, чтобы она нас не нашла! — Тихо шепчет Кэтрин. И он не в силах сопротивляться, только прижимает палец к губам и пригибаясь ведёт её вниз, к реке. Туда, где берег наклоняясь к воде образовывает естественную пещеру. Тут тихо и прохладно.

— А тебе предстоит долго учиться?

— Не знаю. Наставник сказал, что расскажет мне всё в следующий раз.

— Ты пойдёшь в школу?

— Таких, как я в школу не берут, — он ухмыляется. Ему весело и тоскливо одновременно. Но пока он держит за руку подругу, чувствует себя почти рыцарем.

— Хочешь, я поговорю с папой?

— Нет! — Он резко отворачивается, успевая заметить обиду в ясных глазах.

— Почему? — Как ей объяснить, что она аристократка — а он — сын прачки и сапожника? И между ними пропасть.