Ильдар стоял в дверях, держа папку с документами, и смотрел на меня с нескрываемым подозрением. Он прошел внутрь, плюхнулся на стул напротив и прищурился.

— Я тебя таким видел только один раз, когда мы первый миллион заработали, — заметил он. — Что случилось? Акции взлетели? Карим обанкротился? Или…

Он сделал паузу, сканируя мое лицо.

— Или это связано с твоей женой? Вы же вчера уехали со скандалом. Я думал, ты ее придушил где-нибудь в лесополосе. А ты сидишь тут, улыбаешься в потолок.

Меня распирало.

Мне дико, неистово хотелось поделиться. Хотелось сказать: «Прикинь, брат, я сорвал джекпот. Она невинна. Она чистая, Ильдар. Я буду у нее первым».

Слова уже вертелись на языке. Мужская гордость требовала выхода. Это ведь такая новость, которой обычно делятся с лучшим другом за стаканом виски.

Я уже открыл рот… и тут же закрыл его.

Нет.

Во мне снова заговорила кровь.

О таких вещах не треплются. О чистоте своей женщины не рассказывают друзьям, даже самым близким. Это не тема для обсуждения в курилке. Это сакральное. Это тайна, которая касается только двоих.

Если я расскажу, я словно выставлю ее напоказ. Словно позволю кому-то другому заглянуть за ту ширму, которая теперь принадлежит только мне.

Она доверила мне это вчера. Со смущением, с агрессией, но доверила. И если я сейчас растреплю это Ильдару, я предам ее. И предам себя.

Моя жена — табу для других. Даже в разговорах.

— Ничего не случилось, — ответил я ровно, беря в руки папку со стола. — Просто выспался.

Ильдар недоверчиво хмыкнул.

— Выспался? Ты? Дамир, не гони. У тебя глаза блестят. Ты что, влюбился в эту актрису?

— Не неси чушь, — отрезал я жестче, чем планировал. — Мы закрыли вопрос с отцом. Скандал сыграл нам на руку. Я доволен результатом. Вот и все.

— Ну-ну, — протянул Ильдар, явно не поверив ни единому слову. — Результатом он доволен. Ладно, дело хозяйское. Но если решишь рассказать, почему ты выглядишь как кот, объевшийся сметаны, я весь во внимании.

— Работай, Ильдар, — я уткнулся в документы, чувствуя, как уголки губ снова предательски ползут вверх.

Идиллию разрушил звук.

Не звонок телефона, не стук в дверь, а резкий, пронзительный писк уведомления на планшете Ильдара. Потом еще один. И еще. Через секунду гаджет в его руках начал вибрировать, как припадочный, принимая поток сообщений.

Ильдар нахмурился, опустил взгляд на экран.

Я наблюдал, как краска медленно сходит с его лица, оставляя его серым, как пепел сигареты. Он поднял на меня глаза. В них была не просто тревога. В них был ужас.

— Дамир, — его голос дрогнул. — Тебе лучше на это посмотреть.

— Что там? Акции упали? Налоговая?

— Хуже.

Он протянул мне планшет через стол. Рука его дрожала.

Я взял гаджет. Экран горел ярким светом, и первое, что бросилось в глаза — это фото. Огромное, на всю полосу популярного желтого портала.

На снимке была она.

Индиго.

Она висела вниз головой на пилоне, в том самом черном латексном корсете, в ботфортах, с черным каре. Лицо было скрыто маской, но любой, кто видел Киру вчера на свадьбе, кто видел ее фигуру, разрез глаз, линию подбородка — узнал бы ее мгновенно.

А рядом — другое фото. Со свадьбы.

И заголовок. Жирными, кричащими буквами, словно плевок мне в лицо:

«ИЗ ГРЯЗИ В КНЯЗИ: НОВАЯ ЖЕНА IT-МАГНАТА ДАМИРА ТАГИРОВА — ЗВЕЗДА ЭЛИТНОГО СТРИПТИЗА»

Я почувствовал, как сердце пропустило удар, а затем забилось с такой силой, что, казалось, сейчас сломает ребра. В ушах зашумело.

Пролистнул вниз.

Там было всё.

«Как стало известно нашим инсайдерам, избранница одного из самых завидных женихов столицы — не скромный искусствовед, как утверждает семья Тагировых. Под именем Киры Ветровой скрывается известная в узких кругах танцовщица Индиго, звезда закрытого клуба „Империя“. Источники утверждают, что Дамир Тагиров „снял“ будущую супругу прямо с шеста»

И дальше — грязь. Потоки грязи. Цитаты анонимных «коллег», которые рассказывали о ее расценках, о том, что она готова на все ради денег. Видео…

Там было видео. Короткий ролик с выступления.

Кровь ударила в голову раскаленной волной.