Тёмные волосы коротко подстрижены, идеально подчёркивая угловатые, почти хищные черты лица. Высокие скулы, резкие линии челюсти, густые брови, подчёркивающие пронизывающий, обжигающе-лёдяной взгляд. Глаза цвета крепкого чая — тёплые по оттенку, но без единой капли тепла в выражении. Они изучали меня, сканировали, как рентген, обнажая всё — страх, панику, глупую надежду, что я смогу выкрутиться.
Длинные ресницы отбрасывали тени на скулы, делая взгляд ещё глубже, опаснее. Акцент, с которым он произнёс свои слова, был мягким, растягивающим, но в нём звучало нечто властное, словно даже интонация напоминала: ты здесь никто, девочка.
Я не могла отвести глаз.
Руки скрещены на груди, тёмная ткань слегка натянулась на бицепсах, подчёркивая, насколько он физически силён. Лёгкое движение пальцев, будто он уже решает, стоит ли ему злиться или пока поиграть.
— А где твой брат?
Голос был низкий, тёплый, но обманчиво спокойный.
Меня пробрала дрожь. Каждая клетка тела напряглась, разум метался, пытаясь придумать ответ, но дыхание предательски перехватило.
Раньше я таких, как он, не встречала.
— Я не знаю, — сказала я почти шёпотом, прижавшись к окну, сама того не осознавая, выдавая себя с головой.
Тигран скользнул по мне взглядом. Медленно, лениво, словно давая мне прочувствовать каждую секунду его внимания. Его глаза остановились на стекле за моей спиной. На лестнице, которая предательски виднелась в окне.
Повернул голову в сторону.
— Он ушёл по пожарной лестнице. Найти. Доставить сюда.
Голос его не изменился — всё такой же ровный, спокойный, будто речь шла о доставке посылки, а не о живом человеке.
Я слышала, как кто-то из его людей тут же развернулся, быстрые шаги растворились за дверью.
У меня внутри всё оборвалось.
— А мы пока с его сестрёнкой пообщаемся. Наедине.
Глава 2.
Ахмедов снова посмотрел на меня, и по спине пробежал холодный разряд. Как будто невидимая рука ледяными пальцами провела вдоль позвоночника.
В уголках губ мелькнула лёгкая тень улыбки. Не доброй, не спокойной, а… хищной.
Он шагнул ближе.
Я почувствовала, как в груди заклокотала паника. Воздух внезапно стал густым, липким, будто его можно было потрогать руками.
Но вместо того чтобы подойти, Тигран медленно взял стул, повернул его к себе и оседлал, легко, непринуждённо, словно сидел в своём кабинете за чашкой кофе. Дерево скрипнуло под его тяжестью, но он лишь лениво откинулся назад, не сводя с меня глаз.
Я сглотнула.
Что было в этом тёмном взгляде? Интерес? Насмешка? Или желание контролировать? Контролировать всё — даже меня.
Но больше всего в этом взгляде было уверенности. Абсолютной, непоколебимой. Он не торопился, не суетился. Он уже знал, что выиграл. Что я уже принадлежу ему.
Глаза медленно прошлись по мне. От распущенных волос до кончиков пальцев на ногах, которые я инстинктивно хотела поджать.
Пижама, состоящая из лёгких шорт и тонкой майки, внезапно казалась слишком откровенной. Воздух в комнате стал тяжёлым, давящим. Ткань неприятно липла к телу, натирала кожу. Я почувствовала, как по обнажённым рукам и ключицам пробежали мурашки. Колени стали ватными.
Я скрестила руки на груди, пытаясь спрятаться от его взгляда, но это было бесполезно.
— Они не успеют, — голос дрожал, но я пыталась держаться. — Рома быстро бегает.
Тигран чуть склонил голову набок, уголки губ дёрнулись, словно мои слова его позабавили.
— Бегает быстро. Думает медленно.
Его пальцы сжались на спинке стула. Дерево треснуло под его хваткой. Или это был только звук в моей голове?
Он смотрел на меня, не моргая. Обдумывая. Прислушиваясь к моему дыханию, считывая каждое моё движение.
— Он только что оставил тебя одну. Нам на растерзание. Или он рассчитывал, что я тебя не трону? Может, думал, что я прощу ему долг за твои красивые глазки?
Его голос стал ниже, гуще.
— Или, может быть… за твои пухлые губки?
Внутри всё сжалось.
Мне казалось, что даже воздух стал колючим.
Он не спрашивал. Он уже знал ответ.
Внутри что-то сжалось.
— Ты в курсе, сколько он мне должен? — голос Тиграна звучал лениво, но за этой ленцой угадывалось нечто тёмное, опасное.
Я вжалась спиной в холодное стекло.
— Он сказал.
— Значит, знаешь.
— Зачем вы доверили ему такую дорогую машину?! — я чувствовала, как дыхание сбивается, но пыталась сохранить хоть каплю твёрдости в голосе. – Вы специально даете в долг, чтобы потом все были вам должны?!
Тигран чуть качнул головой, словно ему было забавно, что я решилась задавать вопросы.
— Потому что доверял. А он растратил кредит доверия. Теперь должен ответить.
Я сглотнула.
— Я возьму кредит и всё отдам. Мне нужно время.
Тигран поднял взгляд, его губы растянулись в ухмылке, но глаза оставались холодными.