Глубокие воды Страница 140 из 160
Скорость
7
Главы
Прологстр. 1Глава 1. Ева. Два года назадстр. 1Глава 2. Евастр. 3Глава 3. Евастр. 5Глава 4. Евастр. 7Глава 5. Евастр. 8Глава 6. Адамстр. 11Глава 7. Адамстр. 13Глава 8. Адамстр. 14Глава 9. Евастр. 16Глава 10. Евастр. 18Глава 11. Адамстр. 20Глава 12. Евастр. 22Глава 13. Адамстр. 24Глава 14. Адамстр. 26Глава 15. Евастр. 28Глава 16. Адамстр. 30Глава 17. Евастр. 32Глава 18. Ева. Настоящее времястр. 34Глава 19. Евастр. 36Глава 20. Евастр. 38Глава 21. Евастр. 40Глава 22. Евастр. 42Глава 23. Адамстр. 44Глава 24. Адамстр. 46Глава 25. Евастр. 48Глава 26. Евастр. 50Глава 27. Адамстр. 53Глава 28. Адамстр. 55Глава 29. Евастр. 58Глава 30. Евастр. 61Глава 31. Адамстр. 63Глава 32. Евастр. 66Глава 33. Адамстр. 68Глава 34. Евастр. 71Глава 35. Евастр. 73Глава 36. Евастр. 75Глава 37. Адамстр. 77Глава 38. Адамстр. 79Глава 39. Евастр. 81Глава 40. Евастр. 84Глава 41. Евастр. 86Глава 42. Евастр. 89Глава 43. Евастр. 91Глава 44. Адамстр. 94Глава 45. Адамстр. 96Глава 46. Адамстр. 99Глава 47. Евастр. 102Глава 48. Евастр. 105Глава 49. Евастр. 107Глава 50. Евастр. 110Глава 51. Евастр. 113Глава 52. Адамстр. 116Глава 53. Адамстр. 119Глава 54. Адамстр. 121Глава 55. Адамстр. 124Глава 56. Адамстр. 127Глава 57. Евастр. 131Глава 58. Евастр. 133Глава 59. Евастр. 137Глава 60. Евастр. 139Глава 61. Евастр. 142Глава 62. Адамстр. 144Глава 63. Адамстр. 146Глава 64. Адамстр. 149Глава 65. Адамстр. 152Эпилогстр. 156
0%
Страница 140 из 160

Марат усмехнулся, наблюдая за мной. Его взгляд прожигал насквозь, будто он читал все мои мысли. Мне стало неловко, и я опустила глаза, стараясь не обращать на него внимания. Глубоко вдохнув, чтобы унять подступающую тошноту, я взяла ложку и начала есть гречку.

Каша оказалась на удивление вкусной, и я почувствовала, как тепло разливается по телу. Каждая ложка давалась с трудом, но я заставляла себя продолжать. Я должна быть сильной.

Внезапно Марат нарушил тишину:

— Ну что, Евочка? Не передумала по поводу выхода наверх?

Его голос прозвучал слишком мягко, слишком сладко, и от этого у меня похолодело внутри. Подавиться гречкой было бы меньшим из зол, чем этот разговор. Я откашлялась, стараясь придать голосу уверенность.

— Тебя не смущает тот факт, что я беременна? Или тебе нравится мысль о том, чтобы трахать девушку в таком положении, зная, что она беременна от другого? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.

Ненависть и брезгливость скручивали меня в узел, но я не отводила взгляда, ожидая его ответа. Мне хотелось увидеть, что творится в этой гнилой душе, понять, насколько низко он готов пасть.

Марат смотрел на меня пристально, словно изучая моё лицо, словно пытаясь прочесть мои самые сокровенные страхи. Его губы скривились в мерзкой усмешке.

— Смущает? Да ты смеёшься, Евочка. Если бы я не знал, что у тебя такой маленький срок… — он многозначительно замолчал, проводя пальцем по подбородку. — Меня это даже возбуждает.

Моё сердце пропустило удар. Он не просто садист, он извращенец.

— Знаешь, есть что-то особенно… сладострастное, в том, чтобы трахать девушку Адама. Обладать тем, что принадлежит ему… Это чертовски будоражит кровь, Ева. Ты даже представить себе не можешь.

Я похолодела от его слов. Ледяная волна окатила с головы до ног, парализуя волю. Этот человек был болен. Он наслаждался мыслью о моём унижении, о боли, которую он причинит Адаму. Как я могла быть такой слепой? Как я могла позволить себе поверить, хоть на секунду, в хоть какое-то подобие человечности в этих глазах?

С трудом отвернувшись, я снова уставилась на тарелку. Ком встал в горле, перекрывая дыхание. Но я заставила себя взять ложку. Проглотить.

Каша, ещё несколько минут назад казавшаяся такой вкусной, теперь превратилась в безвкусную массу.

Отпив чая, я почувствовала, как он обжигает горло, с трудом подавляя рвотный рефлекс.

Собрав остатки сил, я снова подняла на него взгляд.

— Или ты просто грязный извращенец, которому нравится доставлять кому-то особую боль, я бы даже сказала, садистскую боль?

Он усмехнулся, словно мои слова были подтверждением его собственных мыслей.

— Ты начинаешь понимать, Ева. Да, мне нравится видеть боль в ваших глазах. Особенно, когда эта боль предназначена Адаму.

Меня замутило. Больше я не могла. Отодвинув поднос, я отвернулась, закрыв лицо руками. Он взял поднос в руки, и его шаги, приближаясь к двери, звучали как погребальный марш моей надежде.

— Я вернусь через несколько часов, с ужином. Тогда ты дашь мне ответ, Ева. Долго ждать я не буду. Либо ты относительно добровольно отдашься мне, и получишь поощрение – выход наверх, вдохнуть немного свежего воздуха… Либо нет. И тогда я буду трахать тебя в этой камере.

На последних словах его глаза блеснули нескрываемым вожделением. Так вот чего он ждал? Что я буду сопротивляться, и он просто будет пользоваться мною, не выполняя своих лживых обещаний. Он не заботился ни о чем, кроме своей грязной похоти, своей извращённой мести Адаму.

— Ублюдок, — прошипела я, не в силах сдержать презрение.

Его смех прозвучал напоследок, эхом отражаясь от стен моей тюрьмы.

— Ты будешь выкрикивать имя этого ублюдка. А от боли или удовольствия, решать тебе.

И, открыв дверь, он захлопнул её за собой, оставляя меня в тишине. Вязкой, давящей тишине. В тишине, где мои собственные мысли были моими главными мучителями. Но даже сквозь страх и отчаяние, во мне тлела искра. Искра ненависти. Искра надежды. Искра решимости. Я не сломаюсь. Я не дам ему этой победы. Адам найдёт меня. И когда это произойдёт, Марат заплатит. За всё.

============ • ✠ • ============

Прошло, наверное, часа три. Может, четыре. Время здесь потеряло всякий смысл. Я сидела на жёсткой койке, уставившись в одну точку, пытаясь хоть как-то заглушить нарастающий страх. Мои руки дрожали. Меня била мелкая дрожь, то ли от холода, то ли от нервного напряжения.

Вдруг тишину разорвал грохот. Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену, и в камеру, как вихрь, ворвались Игорь и Марат. Их лица были перекошены тревогой и злостью. Что-то случилось. Что-то, что нарушило их тщательно выстроенный план.

— Вставай! — рявкнул Игорь, его голос дрожал от напряжения. — У нас проблемы. Планы меняются. Пора валить.

Марат, с ещё более мрачным выражением лица, приблизился ко мне. Его взгляд горел нетерпением и каким-то звериным азартом.