Зато у нас с Венцелем все с даром в порядке. Собирались в академию, мы двойняшки. К тому времени Явреллий уже отрекся, и уехал, его сын через какое-то время вернул род в столицу. Меня, как положено, стали приглашать на балы и к родовитым аристократам, и во дворец, особенно, когда узнали, что мы не от купчихи. Мать нашу охотно аристократки в свой круг впустили, только ахали, обсуждая Жоржи и его поведение. Сочувствовали. Во дворце я Яронира впервые и увидела. Произвел впечатление, хоть на балу еще не танцевал. Это женщине в 14 лет можно, надо же жениха искать, пока понравится, пока познакомится, там уже и 16, можно замуж! Мужчинам, в качестве кавалеров, появляться на балах можно с 18. Совершеннолетие-то у нас в 21 год наступает. Обычно, до этих лет не женятся. Потом вся эта ситуация с наследством, покушением, болезнью. Жоржи похвалялся, что завел дружбу со вторым принцем, Яллирием, хотя тот был его на 8 лет младше. Но тоже, тот еще выродок был. Потом визит королевы Реннии. И выходка Жоржи. Как он додумался чужую королеву за плечо схватить?! С горничной спутал? Ну его и закололи. Яронир и заколол. Правда, шептались, что заколол гвардеец охраны, а свалили на Яронира, что бы парня не казнить, но я-то сама этот эпизод видела. Яронир. Одним движением. После чего мать Лессиренны потребовала наказания для нашего семейства. И опять отца в ссылку отправили. Нас с Венцелем из академии выгнали, отправили тоже в поместье. Венцель стал наследником, а я выпросила у отца разрешение учиться в академии, но в Реннии. Поступила заново. Прежний, неполный год мне не зачли. Группа по силе была второй, что мне не понравилось. В первой не было простолюдинов. Одни аристократы, два бастарда не в счет. А во второй половина безродных. На Октона внимание обратила потому, что он тоже повторно учился, восстановили после исключения приказом королевы. Интересно, почему. Никто внимания не обратил, все загадку решали, под какой личиной король Лекордии учится. Даже ректор не знал. Перебрали всех дворян, даже рыжего Вилли. Все не то.

И вот, на первом же занятии по фехтованию, увидела точно такой же укол в шею, только не смертельный, каким убили Жоржи. И нанес его задаваке Гельтону сосед Вилли, тот самый восстановленный сирота, Октон Самир. У меня зародилось сомнение. Надо оружие этого сироты посмотреть поближе. И тут, предлог. Вторая девица в нашей группе Вилли заинтересовалась. Увидела, что известная графиня Арроньеска к нему дважды приезжала, увозила их с соседом в городок, кормила в ресторане. Виконтесса заинтересовалась. Хорошие женихи под ногами не валяются, а тут, внук одной из самых богатых женщин, никем еще не подобранный. Пригласила меня для поддержки, подошли. Он как раз с соседом был, в столовую собирались. Подошла, но направленно, к соседу. Спросила, первое, что в голову пришло. Ответил. И тут меня осенило. «Щ» вместо «Ш»! И «Т» с присвистом! Лекордиец. Октон Самир, приютский сирота, лекордиец! Причем явно вырос в Лекордии. Иначе, в другой стране, выучил бы нормальное произношение.

Стала присматриваться. Ведет себя свободно. Все приютские зажаты, манер никаких, а этот, как у себя дома и он полный хозяин. Перед аристократами никакого почтения. Конечно, можно это объяснить, что он все же два года прожил в мастерской у известного артефактора, насмотрелся на аристократов, поэтому и почтения не питает, как те, что только что из приюта, но горячо, очень горячо. Теперь только не привлечь внимания остальных, первой застолбить добычу. А то накинутся конкурентки, проходу не дадут, несмотря на внешность. Попросила в столовую проводить, удивился, но не отказал. Еще внимательнее к речи прислушалась. Точно. Акцент. И, в отличие от других простолюдинов, с приборами столовыми обращается так, как будто с детства с ними знаком. Правда, в студенческой столовой приборов раз, два и обчелся, надо в академическом кафе проверить. Там сервируют, как в ресторане.

Потом было несколько зачетов, не до проверки стало, но в пятницу, на втором занятии по фехтованию, удалось шпагу Октона проверить. Схожа с моей, работы мэтра Жердье, и номер на ней, бинго! Двойка! Второе лицо в стране! Тогда, когда шпагу делали, было. Теперь бы с номером один была бы. Зазвала в ресторан. С выбором блюд ни разу не замешкался. Как будто всю жизнь креветки употреблял. И со столовыми приборами то же.

Пошла в атаку, почти в открытую. Назвала настоящее имя. Рискнула. А вдруг решит, что меня надежнее из академии убрать обратно в поместье. Формально-то я ссыльная. Но обошлось. Только спросил, как я отношусь к тому, что он брата заколол. Фактически, признался. Теперь продолжить общение, не напрягая. Кричать направо и налево, что он король не собираюсь. Моя добыча. Даже, если у нас ничего романтического не выйдет, тут изображать горячие чувства незачем, с его опытом он сразу раскусит, то просто дружеское общение много дать может. И Венцелю из той ямы, куда его отец и старший брат сбросили, помогу выбраться, и себе хорошую партию найду, род из изгоев вытяну. Только осторожно надо себя вести, не выдать