- Хорошо, я понимаю. Время будет. И обстановка тоже. Теперь скажи мне вот что? Я только сейчас понял, что через горы есть второй проход. Я прав?

- Да, есть. Только им не воспользуешься. Эти земли нам не принадлежат. Ими владеет племя горцев. Они пропускали отца и меня с ним, у их князя перед отцом долг крови был. Ты думаешь, я не пытался через них сбежать? Они с меня 100 000 золотом запросили за проход. И это еще они меня узнали. С других по 500 000 тысяч требуют. Откуда у меня такая сумма? Так и не удалось воспользоваться.

- Да уж, запросы. Тоже не потяну.

- И гарантий нет, что правителям не сдадут. Как их князь сказал, они договор чтут. Никого через границу беспошлинно не пропускают.

- Жаль, придется самим выкручиваться. У меня кое-какие идеи есть, надеюсь, справлюсь! Значит, завтра все силы на ритуал. И не переживай, что выдашь себя. Магию-то получишь! А потом опять приступ симулируй. Хорошо у тебя получается. Вроде все обговорили. До завтра. Соберись. Завтра от тебя все зависит!

Перед ужином Валлентейн отправился знакомиться с Ярониром. Я как-то волновалась за итог этой встречи. А вдруг заявит, что он мне категорически не подходит? Что не позволит сестре выходить за ненормального? Что такой муж на руку только маменьке – ни защиты для жены, ни поддержки? Я уже речь подготовила, о том, что им никто не занимался, не пытались лечить, что надо попробовать обратиться к опытным лекарям, а не к придворным льстецам, которые пичкают его «успокаивающими» отварами, еще больше ухудшающими ситуацию. И сейчас вновь наверняка начали вновь пичкать, что бы быстрее «успокоился» и вновь к своим пяти годам вернулся!

Валлентейн ко мне не зашел, но поговорил с маменькой. Встретились мы уже за ужином. На нем брат и объявил, чтобы завтра я была готова, проведем обряд принятия невесты артефактом, дарующим магию. От меня особо ничего не требуется. Если я жениха принимаю, то все пройдет хорошо. Обязательно поедет он, как свидетель от родных, моя маменька, с той же целью, естественно, Яронир, остальные – по желанию. Попросил ничему не удивляться на завтрашней церемонии. После ужина зашел. Сказал, хочет переговорить наедине. Спросил, как я к Ярониру отношусь. И забыла ли я Ксанье.

- Валлентейн, Ксанье отец моих детей. Как я могу его забыть (особенно, если совсем не знала и вообще видела один раз, в гробу)! Яронир… сложно. Что-то мне подсказывает, что с ним не все так просто. Эти внезапные проблески вполне нормального поведения. Или его мозг просыпается, и ему нужна поддержка и лечение, или он ведет какую-то свою игру, непонятно, зачем. Надо увозить его в Реннию и разбираться в любом случае.

- Ты молодец, Лесси. С такими мыслями тебе завтра ничего не грозит, как бы ни беспокоилась твоя матушка. Так что отдыхай, и постарайся завтра ничему не удивляться. И еще, подскажи, как пройти в тот тупик, где вы слушали занимательную беседу двух супругов! От библиотеки куда идти?

- Если стоять спиной к библиотеке, то направо. Там много отворотов, не сворачивай. Только по тому коридору, которым пользовались. Его сразу видно, он чистый! Не заблудись!

- Не беспокойся, мне магия поможет.

Пожелал спокойной ночи и ушел.

Я спала плохо. Лежала, думала. Ведь когда я говорила о неведомом мне Ксанье, я имела ввиду не его, а Павла. Павла, хоронящего то, что осталось от моего тела. Я как будто перенеслась туда, в Москву, и как наяву увидела мужа, сидящего на нашем диване, в нашей гостиной, со стаканом водки в руке. Напротив, на журнальном столике стоял граненый стакан, прикрытый куском хлеба. Наш, русский обычай. Для покойника. Раздался звук открывающейся двери. Кто-то пришел? Мама! Разделась, прошла в комнату и властным жестом взяла стакан из рук мужа. Раздался родной голос:

- Паша, остановись, сынок. Нельзя так. Нельзя губить себя. Что произошло, то произошло. И, если бы ты остался, и вы поехали бы вместе, это ничего бы не решило. Перестань винить себя. Мой тоже ходит и причитает, что надо было сразу поменять вашу путевку на нормальную. Винит себя, побоялся обидеть твоих родителей. Приходи в себя. Я не психолог, как Нина, к сожалению. Приди в себя, съезди к родителям, отпуск тебе продлят, Коля договорится. Развеешься.